Своими глазами (сборник)

 Торжественный выход из церкви: яркий зимний полдень, колокола, толпа, взлетающие шапки, молодые выходят из дверей и спускаются с крылечка (резные столбики поддерживают его треугольную крышу), перед ними несут икону, их осыпают горстями зерна, а за ними из шествия кидают в толпу пригоршни монет. Отороченная горностаем фата-мантия молодой метет снег, в алом бархате Харальд на голову выше и шире в плечах любого, и пальцы жены тонут в его широкой лапе.

158. Ночь в спальне, две головы на подушке, голубоватый, призрачный лунный полусвет.

– Ты родишь мне сына, – мечтательным полушепотом говорит Харальд. – И я позабочусь, чтобы он был конунгом.

– А если будет дочь?

– Дочь – очень хорошо. А потом ты родишь сына. И он будет конунгом, – упрямствует Харальд.

– А если опять будет дочь? – поддразнивает она.

– Я очень постараюсь, – подумав, обещает он.

Косой лунный луч льется в окошко – маленькое, белесое от инея, в решетчатом переплете. Харальд подносит на руках жену к окну, опускает на ноги, растворяет раму.

Два прекрасных нагих силуэта облиты голубым сиянием: могучий мужской и маленький стройный женский.

– Видишь эту звезду? – указывает Харальд. – Она всегда указывает на север. По ней направляешь корабль ночью. Там – моя страна. И она ждет меня. Она ждет нас…

– У тебя чудесная страна. Только очень холодная, – льнет она к нему, озябнув в потоке холодного воздуха, и он поднимает ее на руки, укрывая.

На родину

159. Ранняя весна, солнце, последние льдины сплывают по Днепру.

Кучка киевлян на берегу рассматривает его приближение, в переднем ряду Харальд.

Драккар врезается в берег, прыгают на землю викинги. Предводитель, обведя взглядом зрителей, приветствует Харальда.

– Здоров ли конунг Ярицлейв? – спрашивает он.

– Да.

– Дары на обратном пути. Хотим навестить крымского хана, – смеется предводитель. Он совсем молод рядом с заматеревшим тридцатилетним Харальдом.

– Откуда идете?

– Из Дании.

– Какие вести?

Предводитель смотрит улыбчиво и независимо:

– Не ты ли Сигурдарсон, Жестокий?

– Говори, – утвердительно разрешает Харальд.

Предводитель серьезнеет, оценивает: уважает.

– Не все спокойно, – сообщает тоном человека, блюдущего превосходство старшего. – В Англии умер Кнут.

Взгляд Харальда расфокусируется, обращен внутрь собственных глубин.

– Когда? – помолчав, медлительно спрашивает он.

– Зимой, – пожимает плечами предводитель.