Тонкая математика страсти (сборник)

 – Знаешь, там есть пьедестал от какого-то памятника и надпись на нем сбита молотком… так вот сразу за ним и вверх. Минут пять идти…

Насколько надо быть ленивым человеком, чтобы не изучить этот в общем-то крохотный город!

Предупредив, что праздник арабской культуры начнется через час, Вацлав захотел пригласить туда еще кого-то из своих друзей. Он ушел, и я опять остался в полном одиночестве на набережной. Но больше в этот день о гимне я не думал. Я смотрел на горизонт и ждал обещанного праздника.

Площадь Святого Лаврентия я нашел быстро.

Возле коробок дежурили несколько парней из восточных армий. Они весело переговаривались, улыбались и время от времени озирались по сторонам, проверяя, собирается ли народ на праздник их культуры.

Прошло еще минут двадцать, прежде чем площадь начала заполняться зрителями и участниками. Подошел и Вацлав в компании с будущим правительством – теми самыми ребятами, остававшимися на вершине предгорья обсуждать светлое будущее.

– Привет! – Айвен улыбнулся. – Тоже праздника захотелось?

– А кому не хочется? – дружелюбно заметил я.

– У нас скоро свой праздник будет! – твердо заявил Айвен. – И запомни: главная песня праздника – твоя!

Я кивнул.

– А с этими ребятами, – Айвен кивнул на арабов, – может быть, придется трудновато. Я уже говорил с ними, но их устраивает только исламская революция с присоединением города к Ирану.

– Да, – согласился я. – Мы пойдем другим путем.

– О! – усмехнулся Айвен. – И ты историю любишь?

В центр площади в этот момент вышел статный герой и что-то громко сказал, после чего все арабы воздели взгляды к небу и сотворили молитву. Когда молитва завершилась, они стали в некое подобие хоровода вокруг картонных коробок и, запев что-то небыстрое, стали медленно ходить по кругу.

– Очень похоже на русский хоровод! – сказал Айвен.

Танцующие остановились и стали двигаться в другую сторону.

А в это время трое других представителей арабской культуры оказались в середине круга и принялись доставать из коробок какие-то толстые книги, которые тут же опускали себе под ноги.

В конце концов на булыжнике площади возвысилась метра на полтора гора книжек, обложенная по бокам пустыми картонными коробками. Кто-то из парней вылил на книги что-то из канистры и бросил горящую спичку.