Поэзия моей мамы и мои мин(д)иатюры и переводы

Те девятьсот суровых дней,

Блокаду, нашу жизнь в ней.

Какие б ни прошли года,

Мы не забудем никогда.

Всем классом были в Стрельне

Двадцать второго, в воскресенье.

Но долго как-то не гулялось нам.

Разъехались все вскоре по домам.

Предчувствия всех, что ли, нас томили?

Мы об испанских детях много говорили.

К подруге по дороге я зашла.

Там первый раз услышала: война.

Потом уже не раз, не два

Мы слышали: «Вот кончится война…»

Ну а тогда не знали мы, что вскоре

Нам предстоит такое горе.

На крышах у ворот дежурил стар и млад

И наблюдал, как по утрам взмывал

аэростат.

Усиленно работал в эти дни военкомат.

Рыдали матери, прощался Ленинград.

С какою болью мы смотрели,

Когда от бомб склады горели!

Чёрный дым – то сахар жжённый.

Мука и масло, хлеб палённый.

Дворцы, мосты и Летний сад —

От пепла посерел весь Ленинград.

Началом мужества без колебаний.

Все верили, что город не сдадут.

Нам трудно будет, но фашисты не войдут.

Я помню, мы мальчишек в партизаны

провожали,

А на другой день сами на окопы уезжали.

Нас в Веймарне высадили целый эшелон,

А в Кингисепп уже не шёл вагон.

Мы только разместились, начали копать,

Как с самолёта пулями фашист нас начал

поливать.

Пришлося к лесу нам бежать,

Дальнейшего приказа ожидать.

Увы, тогда ещё вначале

Наши солдаты к Ленинграду отступали.

Обратно шли пешком до Ленинграда,

А за спиной уже гремела канонада.

Когда из леса мы дошли до здания вокзала,

На рельсах лошадь первой жертвой

увидала.

И как-то сердце сжалось от печали.

Ведь мы войны до этого ещё не знали.

Деревни опустели.

Разбитые, сожженные дома,

В них трубы почему-то уцелели.

Солдаты пыльные со сжатыми зубами

В обратный путь шагали вместе с нами.

Чтоб неприступной сделать из солдат

ограду

И намертво закрыть последний подступ

к Ленинграду.

Мы шли три дня, три ночи.

Конечно, мы устали очень.

Но страшное нас ждало впереди.

А детство оставалось позади.

Я так хотела фронту помогать.

Решила кровь свою сдавать.

Анализы все собрала, сдала.

Кровь оказалась первой группы, я здорова,

кровь годна.

Но неудача преподносит мне и тут:

До восемнадцати лет кровь не берут.

Тогда на курсы медсестёр я записалась

И месяца 4 занималась.

Октябрь шёл, но школы не топили.

Подкрадывался голод, нас бомбили.

У магазинов дикие хвосты стояли.