Измайловский парк

Почему-то рядом с Женькой он не срабатывал…

– А воробьи, они космополиты, – задумчиво сказал Арам, глянув на суетливую взъерошенную стайку.

Женька фыркнула.

– В данном случае это термин, принятый в биологии. То бишь вид, который обитает одинаково по всей Земле на всех континентах. Воробей – он живет всюду, во всех частях света.

Об этом Араму рассказал Валерка.

– А-а! – пропела Женька. – Но все равно очень смешно: воробей – космополит… Маленькая серенькая птичка – и исповедует космополитизм!.

.

Под ногами хрустели ломкие осенние листья.

– Листья – бомжи… – пробормотал Арам. – Бездомные и бесприютные. Несчастные… Обреченные на гибель…

Женька снова засмеялась и взялась собирать «бомжей» в букет, лениво рассказывая о том, что, если листья клена погладить утюгом, они будут стоять долго-долго.

– Но вообще-то я больше люблю цветы, – заявила она и опять покосилась на своего спутника. Мимоходом поглаживала сырые, стылые стволы деревьев и звала белок.

Кормила их с ладошек. – Да, цветы, Айрапетов, лучше, – повторила она. – Хотя так долго не стоят. Правда, сейчас эти торговцы научились что-то там подбавлять в воду… Ты не знаешь что?

Арам покраснел и помотал головой. Намек более чем прозрачный… Ну конечно, как же он сам недокумекал: девушкам всегда цветы подавай! А этой особенно… Но деньги… Свои карманные и немаленькие он моментально проматывал на пустяки, а матери правду про Женю не расскажешь. Да и не даст она даже сотни на такое баловство, каковым считала всякие цветочки и девиц.

Кроме того, мать под влиянием отца стала в последнее время проявлять непонятную скупость и считать каждую десятку. При отцовских заработках это было смешно. Больные, мечтающие хорошо видеть, несли подношения – о-го-го! За глаза отдавали многое, а что там говорили за глаза… Отец, великий офтальмолог, на это плевал. Словно в награду за свою способность к наживе он шагал в гору и богател.

Но что Араму делать сейчас? Перехватить взаймы?

Поразмыслив, Арам обратился за деньгами к Валерию.

Тот, ухмыляясь, тотчас вытащил из кармана стольник, вчера вечером выклянченный у отца, доброго и размякшего после удачно сделанной операции. Но не утерпел и справился:

– А тебе для чего? В казино намылился? Смотри, продуешься… Чем отдавать станешь? Хотя я, конечно, могу ждать долго. А могу даже тебе этот долг списать. Если тебе сейчас жизненно необходимы деньги.