Гуру и зомби

Даже если Сашка поймет, что он тут ни при чем, осадок у него останется. Все мы люди личные. Всё на свой счет принимаем.

Сама виновата. Надо было продублировать приглашения. Но и себя поздно ругать за то, что не сделала рутинную работу. Перед каждой выставкой рассылала обычно до сотни зазывалок всем, чьи адреса могла разыскать. Независимо от личного знакомства. Но то в чужой Европе. А в родной Москве… Где-то в глубине была спесивая надежда, что и без ее собственных усилий должны все узнать о выставке и явиться сюда…

Глупо…

Галерейщица никого не известила… Дрянь баба! Вот почему и прессы нет, и художников так мало…

Большое отчаяние обычно скрывается за экзальтированными восторгами.

Вера начинает кидаться на каждого вновь появившегося. Неумеренно благодарить за то, что пришел, расспрашивать про жизнь, не замечая, что путает бывших и нынешних жен, у бездетных интересуется учебой и судьбой несуществующих отпрысков, задает вопросы и не слушает ответов…

Натыкается на невысокого блондина. Хорошо подстриженный и хорошо обутый господин в синей куртке с крокодильчиком.

Напрягает память. Но нет, абсолютно незнаком. Странно. От него совсем не пахнет амбициозным искусством, и на журналиста не похож… Возможный спонсор? И это нет – отшатнулся от нее и одиноко забился в угол. Между «Голубым иконостасом», законченным в ночь перед вылетом, и инсталляцией «Путь» шестого года.

Что же он тут делает? Как будто ищет кого-то…

Кто он?

– Привет, Вера… Хочешь, сведу тебя с милым корреспондентом радио «Культура»? – слышит она со спины неторопливый баритон.

Резко оборачивается. Нестик с бабой.

Черт, кто она ему? Вцепляется взглядом. Коренастая, бесформенная клуша. Редкие седые волосики неопрятно торчат во все стороны… Из тех, кто в старости держится за работу крепче, чем иные в молодости – за мужика. Сутулая, коротконогая. Широкая коричневая юбка позапрошлогодней моды, а сверху – майка цвета выгоревшего на солнце василька и синтетический платочек на шее. Желтый. Сочетание холодного и теплых оттенков так же нестерпимо, как скрежет железа по стеклу…

– Где тут можно уединиться? – Нестор помолчал, явно наслаждаясь Вериной ревностью.

Улыбнулся и приобнял васильковые плечи: – Я здесь назначил встречу Светочке. А она, пока меня ждала, заинтересовалась картинами. – Нестор подмигнул Вере, мол, без меня не обошлось. – У тебя тоже хочет взять интервью.

Господи, хоть что-то… Хоть какой-то пиар.

Спасибо, дорогой…

Злость сработала вхолостую.