Лабиринт Химеры

В этот мир Ванзаров не был вхож, и филеров туда не зашлешь, придется искать обходные пути.

– Когда вы видели ее последний раз?

– Вчера утром на репетиции.

– Сегодня перед спектаклем разве не надо репетировать?

– Она попросила отдых, – сказал Легат. – Это вполне позволительно.

– Сегодняшний спектакль для нее важен?

Вопрос разоблачал полного невежу в театральных делах. Легат вежливо улыбнулся.

– Сегодня, в некотором смысле, решается ее артистическая судьба. Насколько публика ее примет, насколько балерина раскроет грани своего таланта, в который все мы верим.

Вольно или невольно Легат сказал больше, чем следовало. Очевидно, за обычной и ничем не примечательной балериной, каких табун бегает за кулисами, стоит кто-то влиятельный, давший барышне редкий шанс.

– Говорят, в театре у каждого есть враги?

– Как и везде, – ответил Легат чрезвычайно уклончиво.

– Кто претендовал на сегодняшнюю партию госпожи Вольцевой?

– У нас большая труппа, пробиться к вершинам хотят многие.

Удается только единицам. Для этого нужно много трудиться…

– Она проживает… – Ванзаров вытащил из кармана библиотечную карточку, затерявшуюся там, и старательно прочел перевернутое название немецкого исследования о стоиках: – …по адресу: Невский, дом десять?

– Вовсе нет, – отрицательно замотал головой Легат, – в доме на Екатерининском канале…

И он назвал новый роскошный дом, из которого так удобно пройтись до театра. Буквально пять минут, не больше, чтобы балетные ножки не устали.

Ванзаров охотно признал свою ошибку в адресе.

– Когда госпожа Вольцева должна явиться на спектакль? – спросил он.

– Самое позднее, к пяти часам. Ей еще нужно размяться. Если желаете, можете ее дождаться в артистическом управлении.

– Благодарю, в этом нет необходимости.

– Как знаете, – пожал плечами Легат. – А все же не соизволите пояснить, чем вызван интерес полиции к нашей балерине?

Ванзаров не имел права говорить правду. Это могло создать вредные последствия для розыска.

Ему хотелось иметь фору в несколько часов, пока все не станет известно в Петербурге. Тем более оставался маленький шанс, что ошибся он. А спектакль… Ванзаров решил, что Императорский театр как-нибудь выкрутится. На то он и театр. Тем более, открывается шанс блеснуть какой-нибудь другой юной звезде. Он отделался путаным и невнятным объяснением.

Кажется, Легат ему совершенно не поверил. И встревожился.

17.