Хозяин

Охрана вообще вела себя очень деликатно – вроде и нет ее, вроде мы вдвоем на этом пляже. Иллюзия… Как и его фамилия – всего лишь иллюзия. Я-то знал настоящую, но его деловые партнеры, холуи и хозяева… впрочем, это их проблемы.

– Насчет души – все точно, – сказал я ему. – Дунь посильнее, и нет ее. Особенно на таком ветрище.

– Опять вы шутите, – сказал он укоризненно.

– Отчего же? Воспарила и вернулась, обычное дело. Одно «но». У кого-то душа – как воздушный шарик с детским рисунком, летит себе в небо.

А у кого-то мечется по земле, как эти ваши бесподобные псы.

Хозяйские псы и в самом деле были великолепны. Две русские борзые – метр в «горбушке» (то бишь в холке), с изумительно горбатыми спинами. Плоские, как коврик. Оба рыжие, с подпалинами. С выразительными лошадиными глазами. Одного звали Плес, другого – Псков. Они носились по берегу, изредка останавливаясь и роясь длинными мордами в песке.

– Гнилушки ищут, – пояснил Вяземский. – В гнилушках живность есть. Вечно голодные, твари этакие.

Вы не поверите, могут съесть килограмм сливочного масла в два укуса: ам-ам, и нету. Плес, еще щенком, однажды сожрал килограмм шоколадных конфет…

– Что, с обертками?

– Нет, конфеты были из шоколадных наборов. Разобрал коробки. Так ветеринар меня успокоил: все в порядке, говорит, ужином собаку можно не кормить.

– Клички у них редкие, никогда таких не встречал.

– Щенки из одного помета. Все имена давались на букву «П». Ничего, кроме названий городов, мне в голову не пришло.

Привычка, наверное…

Помолчали. Темы для разговоров, похоже, заканчивались.

Мы давно уже обсудили, почему так мало комаров (сильный ветер, да и дым костра их отгоняет). Заодно поделились опытом, как разжигать костры на ветру. Осудили абсолютную безбашенность современной молодежи – той, что гоняла по заливу на водных мотоциклах (отчаянные ребята – из воды повсюду торчат каменные глыбы; случайно наскочил – и привет). Теперь, вот, на собак перешли.

Приближалась пора вставать и желать друг другу спокойной ночи…

Он был простым человеком, этот Вяземский, хоть и очень богатым. Простые манеры, простая одежда. Накидка – поверх мешковатого спортивного костюма. Старомодный берет. Шлепанцы на босу ногу. Усики… Он был старше меня – лет примерно сорока. Стройный и поджарый, как его псы, с тонкими, женственными чертами лица. Красивый человек. Мой сосед…

По-соседски он и принял меня у своего костра.