Андэ. Огонь, свет, жизнь

– Да, перед автобусом я дала Лике таблетку от головной боли, – с готовностью подтверждает госпожа Менс.

– Моя жена полночи читала и не выспалась, – своевременно вставляет Вирт.

Шелн буравит меня подозрительным взглядом стальных глаз, я стойко сохраняю невозмутимое выражение лица.

– Через полчаса мы прибудем в Деон, – наконец сдаётся она. – Вы в состоянии передвигаться сами?

– Не беспокойтесь, если что – мне поможет муж, – поворачиваюсь к Вирту. – Да, дорогой?

– Конечно, дорогая! – с преувеличенным пылом отвечает Вирт.

Шелн уходит, за ней Менс. С Вирта слетает нарочитая беззаботность.

– Лика, надеюсь, мне ты расскажешь правду? Что произошло?

Так хочется поверить, что он волнуется за меня. Но следующая фраза рассеивает иллюзии.

– Когда Мэйникайс тебя увидела, аж побелела. Она точно не ожидала, что ты вернёшься! Почему тебя не хотели пускать в Деон?

– Появились вопросы к результатам моих тестов, пока я отвечала, паром ушёл. В качестве извинения меня отправили деонским способом перемещения в пространстве, – вру вдохновенно и убедительно.

 – Разумеется, Мэйникайс этого не знала – она же отплыла с вами.

– Поэтому ты лишилась чувств? – скептически интересуется Вирт. – И где твоя куртка?

– Вспомни: мне и до этого было плохо. Сам утром спрашивал, что со мной. А куртку я сняла, потому что в помещении было жарко, и в спешке забыла.

Возразить Вирту нечего, а верит он или не верит – его дело. Я свои обещания держу, даже если они были даны неизвестно кому.

– Ладно, Вирт, идём на палубу, а то я не увижу пролив.

– Мы ещё обратно поплывём, наглядишься.

– Чья это каюта?

– Не знаю. Гостевая, наверное. Когда ты упала, Мэйникайс велела занести тебя сюда. Хотя она выглядела так, что вот-вот – и грохнется с тобой рядом.

Паром напоминает большой ограждённый плот с надстройкой на корме, где и находится каюта, как выясняется – одна-единственная. Наша группа собралась на носу и любуется морским пейзажем. Ариз уже скрылся из виду, в той стороне лишь тёмные сине-зелёные волны и пелена низких плотных облаков.

Впереди вырисовываются прихотливые очертания золотисто-рыжих скал Деона, солнечный свет отражается от искрящейся горной породы.

– Правда красиво? – восхищённо выдыхаю я.

– Обыкновенный морской пейзаж, – пожимает плечами Вирт. – Меня в Деоне интересуют не виды, а их технологии. Стал бы я красоты ради пять лет зубрить язык, в котором одних «спасибо» шесть штук, и все разные.

– Зато нет слова «прощай».