Руководство к действию на ближайшие дни

Ты только потом понимаешь, что все правила, границы и определения – кто кому подходит, а кто кому нет – никто не отменял.

В жизни Бена было не так уж много романтики. Те любовные чувства, которые он изредка испытывал, были односторонними.

Почти всю молодость он провел в размышлениях о фактах, которые не были научно обоснованы, но казались почти аксиомами. Например: чем недоступнее девушка, тем она красивее, и наоборот; самые потрясающие девушки становятся скучными в тот момент, когда соизволят заговорить с тобой.

Он считал это сперва мужской трагедией, потом – женской трагедией, а в конце концов просто счел это заблуждением.

Он всегда чувствовал, что упустил свою первую любовь – ту девушку, которая была достаточно милой и дружелюбной, чтобы подарить ему ложную надежду, но в то же время достаточно легкомысленной и неуловимой, чтобы соблюдать безопасное расстояние и даже не дать ему возможности потерпеть неудачу в попытках добиться ее взаимности.

Кстати, одна из девушек-дизайнеров в редакции действительно обратила на него внимание.

Но не так, как он бы хотел.

Он случайно подслушал разговор, в котором речь зашла о нем. Они шептались, смеялись, в какой-то момент произнесли слово «лузер». Он должен был вмешаться и сказать ей что-нибудь, – это очевидно. Но после этого события ответную речь он продумывал только частями и всегда – вечерами, обычно в душе. Он стоял под струями воды и про себя выговаривал ей, уверенно и красноречиво.

Я лузер? Правда? О’кей. Может быть.

Верно. И что теперь? Все лузеры. Все. Всякое существо, которое живет и в конце концов умирает, по определению лузер.

Вот мы живем, реагируем на то, что происходит вокруг, как будто у нас есть выбор, и все время чего-то хотим. Все время нам что-то нужно. Воздух, еда, объятия, чувство принадлежности, правда, время. Все наше естество – это голод, нужда, нехватка. Бывает ли большее лузерство? Ведь никто не ходит по свету как победитель, никто не приспосабливает действительность для себя – и не движется к вечности.

Он произносил эту речь, стоя под горячими струями, с воодушевлением намыливаясь. И даже если у нас бывают моменты, когда мы чуть меньшие лузеры, втолковывал он ей, если есть такие озарения – они случаются тогда, когда мы позволяем себе сделать кому-нибудь подарок. Когда сам факт, что мы отдаем частичку себя, говорит, что мы способны давать, а значит, обладаем определенной силой. В это мгновение мы не так жалки, не так голодны.