Одиссея (с иллюстрациями)

Хотя колебатель земли Посейдон Одиссея

Смерти предать и не властен, но, по морю всюду гоняя,

Все от Итаки его он отводит. Размыслим же вместе,

(75) Как бы отчизну ему возвратить. Посейдон отказаться

Должен от гнева: один со всеми бессмертными в споре,

Вечным богам вопреки, без успеха он злобствовать будет».

Тут светлоокая Зевсова дочь Афинея Паллада

Зевсу сказала: «Отец наш, Кронион, верховный владыка!

(80) Если угодно блаженным богам, чтоб увидеть отчизну

Мог Одиссей хитроумный, то Эрмий аргусоубийца,

Воли богов совершитель, пусть будет на остров Огигский

К нимфе прекраснокудрявой ниспослан от нас возвестить ей

Наш приговор неизменный, что срок наступил возвратиться

(85) В землю свою Одиссею, в бедах постоянному.

Прямо в Итаку пойду возбудить в Одиссеевом сыне

Гнев и отважностью сердце его преисполнить, чтоб созвал

Он на совет густовласых ахеян и в дом Одиссеев

Вход запретил женихам, у него беспощадно губящим

(90) Мелкий скот и быков криворогих и медленноходных.

Спарту и Пилос песчаный потом посетит он, чтоб сведать,

Нет ли там слухов о милом отце и его возвращенье,

Также, чтоб в людях о нем утвердилася добрая слава».

Кончив, она привязала к ногам золотые подошвы,

(95) Амброзиальные, всюду ее над водой и над твердым

Лоном земли беспредельныя легким носящие ветром;

После взяла боевое копье, заощренное медью,

Твердое тяжкоогромное, им же во гневе сражает

Силы героев она, громоносного бога рожденье.

(100) Бурно с вершины Олимпа в Итаку шагнула богиня.

Там на дворе, у порога дверей Одиссеева дома,

Стала она с медноострым копьем, облеченная в образ

Гостя, тафийцев властителя, Ментеса; собранных вместе

Всех женихов, многобуйных мужей, там богиня узрела;

(105) В кости играя, сидели они перед входом на кожах

Ими убитых быков; а глашатаи, стол учреждая,

Вместе с рабами проворными бегали: те наливали

Воду с вином в пировые кратеры; а те, ноздреватой

Губкой омывши столы, их сдвигали и, разного мяса

(110) Много нарезав, его разносили.

Прежде других Телемах богоравный увидел. Прискорбен

Сердцем, в кругу женихов он сидел, об одном помышляя:

Где благородный отец и как, возвратяся в отчизну,

Хищников он по всему своему разгоняет жилищу,

(115) Власть восприимет и будет опять у себя господином.