Последняя остановка (сборник)

Руины (чтобы показать время действия).

Кребс. Надеюсь, сегодня ночью обойдется без бомбардировок. Вчера я целый час просидел перед старым колоколом в гарнизонной церкви в Потсдаме.

Йодль (смеется). Почему?

Кребс. Он упал. Лежит перед бомбоубежищем.

Йодль. Бранденбургское чудо! А гроб Фридриха Великого спрятан в какой-то соляной пещере.

Кребс (зевает). Надеюсь, мы выживем. Хорошее было время, когда штаб-квартира была еще в Восточной Пруссии и N.[4 - На Западе.] (Снова зевает.) Эти ночные совещания! Как в кофейне! Как это согласуется с прусской дисциплиной? Вы можете себе вообразить еженощные совещания при Гинденбурге?

Йодль.

Не-ет.

Кребс (смеется). Я тоже нет… (Еще раз смотрит на небо.) Надеюсь, этой ночью американцы не прилетят.

Идут к автомобилям. Освещенные луной развалины. Призрачный свет. Наплыв (во время наплыва) – мощная бомбардировка, которую только слышно, – затем бункер. Прибывают генералы. Сцена дня рождения.

II

Бункер. Один за другим входят фельдмаршалы.

Наконец появляются Йодль и Кребс, в пыли, в грязи, за ними – Кейтель.

Кребс. Проклятье! Тут, должно быть, не меньше тысячи американских самолетов!

Йодль. Да. Что теперь скажете о Бранденбургском чуде?

Кейтель (подходит). Вот ведь! И как раз в день рождения фюрера! Это специально!

Йодль (с сарказмом). А как же иначе, господин фельдмаршал. И совсем непохоже, чтобы это был знак стремления к миру.

Денщики щетками чистят всем мундиры.

Веннер, Вюст. Веннер в центре связи.

Вюст стоит рядом с ним, ждет телефонного звонка.

Веннер. Ты не поверишь, но новые сведения не проходят, потому что все линии перегружены! День рождения фюрера. Никто не хочет оказаться последним, поздравившим его. Ты только посмотри! (Показывает на стопку телеграмм.)

Вюст. Больше, чем раньше при кайзере, правда?

Веннер. Конечно. Ведь Гитлер, по его собственному выражению, – величайший из живших когда-либо немцев. (Смеется.) Сегодня ты можешь увидеть кое-что забавное – прибытие наших вельмож.

Они приедут отовсюду, чтобы засвидетельствовать свое почтение. Увидишь их всех. Слетятся изо всех уголков рейха. Будут толкаться, потому что каждый хочет быть первым… О, начинается – вон толстяк! Ни грамма не сбросил за войну…

Прибытие бонз. Вначале – клоуны, кувыркаются, делают сальто, следом остальные. Потом – неуверенной походкой входит Геринг, за ним – Гиммлер. Приветствуют друг друга: «И ты здесь?» – «Как дела в Гольштейне?» и т. д.