Калифорнийский квартет (сборник)

– Господи, ума не приложу, где они находят таких людей!

Я подкатил тележку к лифту, нажал кнопку и подождал. Дверь открылась, и я въехал в лифт.

– Ну, как дела? – поинтересовался альбинос.

– Потяжелел на тридцать фунтов.

Лифтер усмехнулся, закрыл дверь, и мы стали спускаться.

Вечером, за ужином, мать не выдержала:

– Генри, я так за тебя счастлива!

Я промолчал.

– Ты что же, не рад, что получил работу? – спросил отец.

– Нет.

– Нет? Ты говоришь нет? Да ты понимаешь, сколько мужиков сейчас слоняются без дела?

– Похоже, что большинство.

– Поэтому ты должен ценить свою работу.

– Послушайте, можем мы просто поесть?

– И еду ты должен ценить. Знаешь, сколько стоят эти продукты?

Я отпихнул от себя тарелку:

– Черт! Я сыт по горло! – встал и пошел в свою комнату.

– Я думаю, мне придется навестить тебя и объяснить, что к чему, – сказал отец вслед.

Я приостановился.

– Буду с нетерпением ждать тебя, старик, – бросил в ответ и пошел дальше.

Я ждал, хотя отлично понимал, что он не придет.

Было всего 7.30 вечера, но я выставил будильник, чтобы вовремя прибыть в «Мирз-Старбак», разделся, залез в постель, выключил свет и лежал в темноте. Делать было нечего, идти некуда. Родители скоро завалятся спать и потушат свет.

Мой отец любил поговорку: «Раньше ляжешь, раньше встанешь, а кто рано встает, тому Бог дает».

Но ему Бог ничего не дал. Наверное, мне стоит попробовать все с точностью до наоборот, думал я.

Уснуть не получалось.

А что, если подрочить на мисс Медоуз?

Нет – дешевый трюк.

Так я валялся в кромешной темноте и в полной прострации.

47

Первые мои три-четыре дня в «Мирз-Старбак» прошли однообразно. Фактически однообразие было самой надежной вещью в «Мирз-Старбак». Этому способствовала жесткая кастовая система. Продавец никогда не перекинется словом с подсобным рабочим. Это меня задевало. Я толкал свою тележку и размышлял над этим фактом. Неужели продавцы настолько интеллектуальнее подсобников? Одеваются они, несомненно, лучше.

И только. Меня бесила их уверенность в том, что именно должность дает им привилегированное положение. Но возможно, если бы я был продавцом, то вел бы себя подобным образом. Поэтому я старался не замечать как подсобников, так и продавцов, вообще всех.

Итак, продолжал я свои размышления, толкая телегу, у меня есть работа. И это называется работой? Да не работа это, а сплошное унижение. Неудивительно, что люди предпочитают грабить банки.