Непрошенная любовь

– О, как у тебя все тут запущенно! Ничего ты не понимаешь в этом сладком празднике жизни! – ткнула она в ее сторону своей палочкой. – Ладно, так уж и быть, я исполню твои желания даже без торта! – снисходительно пообещала девчушка, – хотя добрую фею обязательно надо задабривать тортиком и желательно большим, – поучительно проговорила малышка и облизнулась, – чтобы я еще добрее становилась! А то родители говорят, что когда я слишком много ем сладкого, то у меня пропадает аппетит.

Как эти взрослые не понимают, что когда я ем мало сладкого, пропадает мое настроение, – горестно вздохнула она, сетуя на свою жизнь.

– А шоколадными конфетами можно добрую фею задабривать? – улыбнулась она этой забавной сластене.

– Конечно! – воскликнула та, – не только можно, но даже нужно! – при этом девчушка слегка приподняла голову и повела носиком, хвостик с кисточкой вытянулся и вертикально встал в стойку. – Это той коробочкой конфет ты будешь меня задабривать? Той, что лежит вон там? – указала она палочкой через дверь в сторону шкафа в соседней комнате.

 – Ее можно взять? – в предвкушении она опять облизнулась.

– Да, именно этой коробочкой конфет, – Настя уже хотела встать с кровати и пойти за конфетами для своей воображаемой гостьи, уж очень она реалистичной казалась.

Малышка со счастливой улыбкой, как в сказке взмахнула палочкой вслед потянулся шлейф светящихся звездочек, и коробка конфет поплыла по воздуху прямо ей в руки.

И она ее тут же обняла, прижимая к себе.

– Ну и что же ты не ешь конфеты? – улыбнулась Настя. – Я же хочу, чтобы ты добрее стала.

– Аааа, я и так сама доброта, добрее уже некуда, – фыркнула девчушка. – Дома буду добреть, там у меня еще дядя Расэн имеется, мы с ним весело шкодим, то есть играем. Его часто отсылают к нам в наказание моему папе, – понизив голосок, поведала она секрет своей бабушки.

 – Ты не понимаешь, смаковать сладкое нужно, когда никто из взрослых не видит. Так намного вкуснее и никто не считает, сколько конфет ты съела, – опять произнесла она тоном учительницы и коробка конфет из ее рук, словно у фокусника пропала из виду.

Тут это чудо-ребенок спохватился, принял важный вид, от чего от ее сияния разошлось разноцветными всполохами, и она торжественно провозгласила.