Как закалялась жесть

Вообще-то кетаминовый наркоз – варварство и обман; не зря он применяется больше к животным, чем к людям. Во-первых, привыкаешь быстро, во-вторых, диссоциация сознания, которую вызывает этот препарат, вовсе не отключает боль. Когда Эвглена оперировала меня, она использовала более солидные средства – берегла мои рецепторы. Но совершенно другое дело – как сейчас…

На дне ложки остается белый порошок. Ждем, пока железо остынет. Это круче, чем ЛСД. Я знаю, я сам и научил мою супругу нехитрому фокусу с кипячением кетамина.

– Позволь, – говорит она, макает палец в порошок и щедро промазывает мне ноздри.

Затем – себе.

Ложится рядом.

Глаза закрыты.

Ждем.

– С Ленкой что-то происходит, – успевает сказать Эвглена. – Ей нужен если не отец, то хотя бы отчим. Мужчина, которого она уважает. Она тебя почему-то уважает, Саврасов, даже непонятно, почему. Помоги мне, и тебя ждет долгая, счастливая жизнь.

– Ты сделала предложение, от которого нельзя отказаться…

А вот и «приход».

Валюсь в сияющую бездну. Этот момент стоит того, чтобы родиться и умереть! Озираюсь в изумлении: цвета яркие, как в рекламе. Палата, в которой я медленно подыхаю, сворачивается до размеров бусины – ее нет. Фальшивка, ложь, сон. Все мои конечности целы! Прорастаю. Вокруг – вселенная, мой настоящий мир. Взлетаю. Лечу.

«Как красиво…», – слышу восторженный голос Эвглены. Она летит рядом, она всегда рядом.

КОМУ И ЗАЧЕМ ОТДАЛИ МОИ НОГИ?

…Размеры женщины не влезают в сознание. «Я сверху!» – командует она и, раскорячившись, вставляет мою колонну в себя. Если у тебя есть опыт и воля, ты можешь управлять вселенной. Я вырастаю до неба – и пусть крошечная тряпочная кукла беснуется где-то там, внизу.

«…Когда-то мы с моими родителями были, ты не поверишь, бедными, как церковные мыши. А он мне – возьми свое. Возьми и продай. Я взяла и продала, а все вокруг удивлялись – откуда у сироты вдруг столько денег? Нет, такой богатой, как сейчас, я тогда еще не стала. Он был мне первым мужем, но ведь он, между нами, просто псих…»

Эвглена с увлечением рассказывает о своей маленькой жизни. Это неинтересно.