Снеговик

Но ничего такого не произошло, Христиан Гёфле, ровным счетом ничего, скоро вы увидите это собственными глазами. На первом месте дворянство, за ним следует духовенство, просвещенное, суровое, но деспотическое и нетерпимое. Весьма полезное государству купечество придерживается патриархальных нравов и мало что значит. Крестьянин ничто, а король – и того меньше. Когда дворянин богат, что, по счастью, бывает редко, он держит в руках все судьбы своего края, тогда он вертит людьми и делами по своему усмотрению и нередко ведет их к погибели.

Знайте же, что если бы мы, молодые офицеры, проявили непочтительность к владетельному барону Вальдемора, мы, конечно, не лишились бы своего воинского звания, – чтобы лишиться его, надобно совершить преступление, – но были бы вынуждены терпеть неслыханные преследования, покинуть свои квартиры, дома, отказаться от всего, чем мы владеем, от наших привязанностей и отправиться в обычный гарнизон, несмотря на несокрушимые права индельты.

Еще двое молодых офицеров вошли покурить, и Кристиано решился спросить у них, не появилась ли графиня Эльфрида.

– Каков молодчик! – отвечал один из них. – Вы не заставите, однако, нас поверить, что вас интересует сварливая графиня Эльведа! Но да будет вам известно, что ее миленькая племянница исчезла одновременно с вами и что тетка заверяла, будто она сильно покалечилась.

– Почему вы говорите, что она исчезла? – воскликнул Кристиано, безотчетно ужаснувшись этому слову.

– Послушайте! – вскричал майор.

 – Вы уже испугались за свою красавицу, дорогой Гёфле?

– Позвольте, ничто все-таки не дает повода говорить в таком тоне о графине Маргарите. Она красива, это верно, но, к моему великому сожалению, она ни в коей мере не моя.

– Я не хотел сказать ничего плохого, – стал оправдываться Осмунд, – я только видел, как все, что вам была оказана честь первого контрданса и что вы мило беседовали. Если вы в нее не влюблены, то, ей-богу, напрасно; а если у нее нет к вам некоторой склонности, то и это напрасно, – всем нам вы кажетесь чудным товарищем.

– А я считаю, что напрасным трудом было бы заглядываться с вожделением на звезду, слишком высоко стоящую над моим горизонтом.

– Ба! Оттого, что у вас нет титула? Но ваша семья получила право дворянства, а ваш дядюшка адвокат, образец таланта и характера. Сверх того, он, по меньшей мере, столь же богат, как красавица Маргарита, и она не вечно будет под опекой.