Причуды чуда

Но в этот вечер женщине так хотелось побыстрее раздеться и лечь в постель, что она не стала дальше раздумывать над этим странным обстоятельством, а, быстро покидав в себя остатки еды, сполоснула тарелку, выключила свет, дотащилась до свой комнаты, кое-как разделась и рухнула в кровать.

Ей казалось, что она уснёт, едва коснётся ухом подушки. Контора Юлия Павловны «авралила» уже которую неделю, женщина постоянно варилась в эмоциональной каше доведённых до кипения безотлагательных дел, приправленной острым перчиком начальственного негодования и постоянной накачки, и вымоталась так, что пару раз засыпала с зубной щеткой во рту и просыпалась лишь когда втыкалась головой в зеркало над умывальником.

Но именно сегодня сон почему-то не шел, что-то не давало Юлии Павловне покоя, что-то тревожило её. Но сколько бы ни силилась, женщина никак не могла вычленить из потока разнообразных мыслей, проносящихся ежесекундно в голове, ту, которая внесла смятение в её душу. Только тревога словно одинокий зимний колокольчик тихо позванивала внутри, да сердце слегка ныло в груди.

– Нет, так не пойдет, – решила измаявшаяся от череды тяжёлых дум Юлия Павловна,– надо вернуться на место событий. Туда, где зародилась эта тревога, на кухню, и постоять там, посмотреть, ощутить заново, понять что не так. А ведь здесь явно что-то не так…

С этой мыслью она накинула халатик и опять отправилась туда, откуда пришла совсем недавно. Щёлкнув выключателем, Юлия Павловна вошла, остановилась посреди кухни и стала припоминать, что за мысль встревожила ее, что не дает ей покоя.

Она обвела взглядом по периметру все пространство, и когда это не помогло, подошла к столу, села, положив руки перед собой. И тут её взгляд упал на пирожницу с печеньем.

– Вот! Пирожница! Она почти полная, – Юлия Павловна мгновенно вспомнила, именно на нетронутое печенье она обратила внимание за ужином. Колокольчик в голове зазвучал заметно громче. Юлия Павловна попробовала освежить в памяти, когда она в последний раз видела Людмилу Сергеевну.

– Позавчера я пришла совсем поздно, свет у Людмилы Сергеевны уже не горел. – стала перечислять Юлия Павловна вслух, – Вчера вечером соседка мельком выглянула из своей комнаты, когда я затворяла входную дверь. Я пожелала ей спокойной ночи, а сегодня я её и вовсе не видела, хотя пришла раньше.

Женщина снова огляделась по сторонам. По углам скопилась не бросившаяся ранее в глаза пыль, кое-где на полу белели крошки.

– Быть не может.