Алжирская тетрадь

Она беспомощно шарила руками по земле. Вокруг валялись обломки разбитой скрипки.

– Что случилось? – выпалил я.

– Папина скрипка… – растерянно пробормотала Нино, поднимая на меня полные слез глаза. – Они разбили ее.

– Тили-тили-тесто! Жених и невеста! – донесся до меня язвительный смешок школьного хулигана Аманжола Жакиева.

Рядом стояли его дружки и, посмеиваясь, поддакивали ему.

– Если ты не трус, выходи один на один, – закричал я, сжав кулаки.

– Где это ты труса нашел? – процедил сквозь зубы Аманжол.

Меня как будто что-то торкнуло внутри. Я подскочил к Аманжолу, со всей силы толкнул его в грудь, и в тот же миг, сцепившись, мы кубарем покатились по земле, награждая друг друга тумаками. Аманжол был выше меня на целую голову, но я оказался проворнее – изловчился и дал ему по морде, так что у него побежала из носа кровь. Шатаясь, я слез со своего обидчика. У нас, у мальчишек, существовал негласный кодекс чести: драться только один на один, лежачего не бить, драться до первой крови и, самое главное, не покалечить другого.

– Если кто-нибудь обидит ее, – кивнул я в сторону Нино, запахивая порванную рубашку, – тот будет иметь дело со мной.

– Что вы стоите, олухи! Бейте их! – крикнул Аманжол, поднимаясь с земли. – Нас же больше – проучим их как следует!

– Только попробуйте, – решительно сказал Жанибек, поднимая с земли большой камень. – Шарахну так, что мало не покажется!

Аманжол сплюнул на землю и грязно выругался.

– Не хочется руки о вас марать, не то мы бы вам показали, – злобно сказал он, хлюпая разбитым носом. – Айда[30 - Айда – междометие русского языка в значении «пойдем, иди, давай».], ребята, отсюда!

Когда они ушли, мы помогли Нино собрать то, что осталось от скрипки.

– Да не реви ты так! – сердито сказал я Нино. – Нашла из-за чего реветь. Ведь что такое скрипка? Это вещь. Значит, можно купить новую.

– Да, – всхлипывая, ответила Нино. – Просто это все, что у меня осталось от отца.

– Может, ее еще можно починить, – сказал Жанибек, осторожно складывая обломки скрипки в футляр.

Мы пошли вместе домой. Жанибек всю дорогу насвистывал «Вихри враждебные веют над нами»[31 - «Варшавянка» – польская и русская революционная песня.], пока наконец не свернул на свою улицу.

– Почему у Жанибека такая странная фамилия «Пэк»? – спросила Нино, когда мы остались одни. – Не слышала, чтобы у казахов были такие фамилии.