Перемена

А Стефан, взглядом победителя, с духом Ганди и несопротивлением злу, подпер свою пухлую щеку кулаком:

– Больше не делать так.

С тех пор они никогда не ссорились.

Про месть, которую подают вонючей

Октябрь пришел быстро, и со странно приятными новостями. Вечером мне позвонил Марк:

– Ты прикинь, наши записи по всей школе! – Он радовался в трубку и что-то ел. – Марик из параллельных классов сказал, что видосы про бабулю и бутылки копируют!

– Эмм… Что нам делать?

– Снимать еще! Но профессиональней.

А то дерьмо какое-то.

Старые видео стали причиной новых. На следующий день, на урок литературы, пришла Марианна с завучей Бэллой (Бэлла красавица), и публично спросила нас:

– Это вы снимаете все эти видео? Бутылки бьете, бабушкам кричите? Мне показали в старших классах.

– Это не Никита! – заорал Лиор.

Мы вжались в стулья, но потом передумали и расправили плечи.

– Очень остроумно, только я запрещаю, – холодно сказала она. – За пределами школы – что угодно. И распространять больше не смейте.

Сюда учиться приходят.

– Марианна Владимировна, это же смешно, – робко, но громко сказал Марк с поднятой рукой.

– Вот это смешно, обхохочешься. – Она швырнула пачку тетрадей на стол. – Называется элементарным бездельем! У вас было две недели – две! – на сочинение. А вы что сделали?

Таволайнен набрал воздух в грудь как перед погружением в бездну.

– Всё списали из сборника сочинений! – Марианна уперлась рукой в собственный бок. – Никаких переписываний. Устала я быть с вами доброй.

Сидите по домам, тухнете, а свои шутки идиотские в школу приносите! Бэлла Эдуардовна, засвидетельствуйте, что я запретила этим киношникам снимать

– Да, конечно. – Бэлла кивнула, а потом нам подмигнула.

Видимо, Марианну в школе не любили.

За сочинения нам выставили трояки и двойки. Мы не согласились и попросили пересдать. Марианна не разрешила. Нас задела несправедливость бытия, ведь второй раз мы уж точно не спишем. «Я ваши прихоти исполнять не буду!». Весь первый урок она махала руками, и даже минуту перемены захватила.

Лиор, получивший первую двойку за сочинение в жизни, перегородил ей дорогу. Марианна посоветовала ему взяться за ум. И ушла. Лиор стоял посреди класса, слышен нарастающий шум в коридорах.

– Тухнем? – буркнул он. – Тухнем, значит?

– Ребята, вы и правда ерунду снимаете. – Это была Алина, иногда хорошая, иногда плохая.

– Цыц! Тухнет, значит. – Лиора бесило это слово. – Так, никому не уходить, сейчас приду.