Настоящий американец

Мой взгляд упал на бейджик на форменной куртке водителя, и я чуть было не расхохотался. Водителя звали Матео Ригатони. Тот увидел, куда я смотрю и пояснил:

– Ты не путай, я американец, а это макаронники.

Наконец автобус въехал на территорию Грейхаунд-терминала, я спрыгнул на асфальт и огляделся в поисках такси. У местных тружеников баранки, как и у всех водителей такси всех стран и времен, особенный нюх на клиентов и передо мной затормозила машина. Сев на мягкий кожаный диван в салоне, я озвучил адрес:

– 1125, 16-я стрит.

Когда машина тронулась, таксист задал странный вопрос:

– А у тебя кто?

– Простите?

– Это же адрес посольства русских. Там сегодня акция родственников погибших в Корее пилотов, – вот это поворот! Может и не придётся изобретать велосипед и рядиться в китайца, чтобы передать послание.

– Дядя, в самом конце, – сориентировался я.

– Понятно, мистер. Жаль.

Больше расспросов не последовало. Правда минут через десять водитель снова заговорил:

– Нет, не дело, что коммуняки занимают особняк Пульмана.

У меня отец был водителем у конгрессмена Лоудена, который был женат на дочери Пульмана, так что он бывал в том доме, да. Правда, это было давно, в десятом году. А потом мистер Лоуден заболел и особняк продали русским.

Ладно еще до Великой войны, когда там было царское посольство. С ними еще можно было иметь дело. Но сейчас-то там эти. Гнать их надо из центра. Построить тюрьму, как они любят и пусть там сидят.

– Вы тоже не любите русских? – дать бы ему как следует по блестящей лысине, чтобы глаза вылетели, но нельзя. Ставить в стойло я пиндосов буду по-другому, изящней.

– А кто их любит, сам посуди. У тебя они дядю убили, у меня брата. Но ничего, генерал Эйзенхауэр и мистер Маккарти всё делают правильно. Давить красных надо. И русских и китайцев, давить пока эта зараза весь мир не пожрала.

– Мне нравится сенатор Кеннеди, – решил я сменить тему, чтобы действительно не проломить этому козлу череп.

 – Думаю, он может стать президентом.

– Кто? Этот ирландский католишка? Пфф, ну ты шутник, да он ноль без палочки, если бы не папочкины деньги, быть ему сельским адвокатом. Единственное его достоинство – это Жаклин, которая подбирает Джону костюмы. Без неё он носил бы мятые брюки и засаленные рубашки, – машина притормозила на светофоре, и водитель повернулся ко мне:

– Знаешь что, парень, давай с тобой поспорим.