Настоящий американец

Если Кеннеди станет президентом, хоть на следующих выборах, хоть в 60-том, я куплю тебе машину, вон хотя бы как тот бьюик.

– А если я проиграю?

– Тогда ты купишь хорошую коробку гаванских сигар, как раз малыш Джон их очень любит.

– А давайте, по рукам! – позволил я себя уговорить.

Когда машина остановилась, я расплатился, и мы с водителем обменялись адресами. Через шесть лет его ждет большой сюрприз.

Такси отъехало, а я пошёл к большой толпе, что стояла вдоль забора, огораживающего красивое четырехэтажное здание в архитектурном стиле Бозар.

Очевидно, это и было советское посольство.

– Убийцы! – надрывно кричал в мегафон высокий худой манифестант с обгоревшим лицом.

– Убирайтесь в свою чертову Сибирь! – вторило ему десятка два мужчин и столько же экзальтированных женщин. Если бы не гримасы ненависти на лицах, некоторых из них можно было назвать симпатичными.

Рядом со скучающим видом стояло несколько полицейских и парочка каких-то непонятных типчиков в штатском, наверное, они были из ФБР.

Судя по скучающему виду силовиков, ни те, ни другие не собирались вмешиваться в это проявление «активной гражданской позиции». Выкрики из толпы становились всё громче, пара дамочек даже попыталась залезть на забор, но тот был сделан на совесть, и их попытка оказалась тщетной.

А что на счет меня? Что мне делать?

Оглядевшись по сторонам, я увидел то, что мне было нужно. Пара деревьев, которые также оккупировали «возмущенные патриоты» были по кругу обложены аккуратными камнями.

«Булыжник – оружие пролетариата», – вспомнилось мне шутливое название одной из советских скульптур. Вон он и поможет мне связаться с первым в мире государством рабочих и крестьян.

Подобрав подходящий по размеру камешек, я затесался в толпу, достал из кармана заготовленное послание и привязал его к снаряду одним из купленных накануне шнурков.

– Это вам за дядюшку Сэма! – с этим патриотическим возгасом, я и швырнул камень в окно посольства.

Подогретая предыдущими ораторами толпа тут же подхватила мой порыв, и вскоре на посольство обрушился, целый град камней.

Тут уже служители закона не могли остаться в стороне и начали разгон митинга. Правда, к делу подошли очень деликатно, никого не задерживая и не пользуясь своими деревянными дубинками. Было видно, что они полностью разделяют чувства митингующих.

Мне тоже пришла пора уходить. Дело я сделал, а общаться с копами в мои планы не входило, так что я выбрался из толпы и пошел прочь.