Петушки

Люди нарядные, дома красивые, машины за людьми подъезжают настоящие, блестящие. Я так на всё это засмотрелся, так я впитывал в себя этот асфальтовый воздух, что чуть не пропустил мимо ушей вопрос: «Кому ещё на Курский?» Откуда мама знала, что так спросят? Если спросят, говорила она, подними руку и скажи «я». Я хоть и растерялся в первый момент (лучше было бы в очереди постоять), но всё же поднял руку и сказал, что я. Я был, конечно, сражён тогда. Понятно, мама много знала, но как она угадала, что именно так, про Курский, спросит этот шофёр.

«Как раз куда мне было надо».

Я мигом сунул уже ненужную инструкцию в карман и хотел было ухватиться за ручку чемодана, но таксист упредил меня и без всякого, казалось, усилия, по какой-то немыслимой дуге отправил мой чемодан в открытый багажник. А я, под неодобрительный взгляд лысого, полез в машину. На такой настоящей машине я ехал впервые в жизни. С родителями мы ездили всегда на метро. В машине был особенный, новый для меня запах.

Руль, приборы, счётчик с цифрами – всё было настоящее. С ума сойти! Но особенно меня занимало, что мы ехали по улицам посреди таких же машин, то обгоняя, то отставая. Я наблюдал в окошках людей и очень гордился, что тоже еду вместе со всеми.

К несчастью, поездка оказалась совсем недолгой. Я даже не поверил сначала, ведь мы ещё и Кремль не проезжали, а мама говорила, что Курский на другой стороне Москвы. Я был уверен, что мы поедем через Красную площадь и я увижу её из окна машины.

К тому же у меня почему-то сложилось убеждение, что Москва должна занимать большую часть моего пути до Петушков.

Это забавно, но и Веничка в своей книжке напишет, что он сколько Москву ни пересекал, но с Красной площадью и Кремлём так ни разу и не повстречался. Мол, люди с властью у нас не пересекаются. У меня же этот факт вызвал просто географическое удивление. И какое-то разочарование тоже. Но самое главное – я добрался до вокзала на Петушки.

Полдела было сделано. Чемодан мой в руках огромного таксиста так же непринуждённо взлетел в воздух, сделал дугу и оказался у моих ног. Теперь, как указывала мама, с таксистом после того, как он вернул вещи, нужно было расплатиться. Деньги на такси лежали у меня отдельно, в нагрудном кармане рубашки.

Мама говорила, что мы число, которая нащёлкает на счётчике, должны поделить на всех пассажиров поровну. Нас, пассажиров, было трое.