Не Зверь

– Тебе нравится здесь?

Поинтересовался, наблюдая за рыжеволосой со стороны. Та не ответила, но лианд прекрасно видел, как цвела улыбка на её устах, и загадочно сияли синие озёра глаз, когда Кира рассматривала очередной куст или дерево. И груз вины давил на плечи мужчины.

Однако их уединение прервали: раб сообщил, что Властитель срочно хочет видеть своего лианда. Хандер знал, что не спроста, но и отказаться от встречи не мог. Наказав воинам смотреть в оба, мегилл направился к отцу, желая быстрее покончить с этим.

Разозлился, когда узнал, что тому приспичило именно сейчас обсудить расширение боевой мощи. Потратив на это драгоценное время, лианд поспешил к своей пленнице.

Но замер, точно ноги приросли к земле, стоило ему улицезреть представшую картину: в тени дерева ивы рядом с лежащим телом одного из стражей, сидела на коленях Кира и рыдала. Руками девушка молотила воина по груди, но тот был мёртв. Видно Властитель Рейнор постарался убрать мешавшую ему цель, однако, не учёл одно обстоятельство – жизнь Киринии принадлежит лишь тому, с кем рыжеволосая заключила контракт.

И убийца убил лишь себя.

Но слёзы и отчаянье Киры потрясли лианда, не догадывался он, что подобное может затронуть что–то в его душе. Хандер приблизился, заключил Куру в кольцо своих рук, привлёк к груди, окутал их крыльями, точно защитным коконом, и зашептал взволнованно:

– Здесь нет твоей вины – это мой отец убил своего воина.

Кириния стиснула в ладонях полы мужской жилетки, сквозь рыдания попросила:

– Отпусти меня, мегилл…

– Не могу, Кир-ра.

Не могу… – Хандер поднял девушку на руки, поцеловал в лоб, вытер дорожки слёз и понес обратно в замок, мимо молчаливых стражей.

Ступая по коридорам, мегилл неожиданно для самого себя пошёл не в подземелья, а свернул в сторону своих апартаментов. Кириния взирала на окружающий пейзаж бесстрастно, пока они не предстали перед высокими дверьми, рисунков и ручек на них не наблюдалось. Лианд поставил девушку на ноги, но от себя отойти не позволил, приложил ладонь к тёмной поверхности, та засветилась под ней, и двери раскрылись.

Тогда мегилл снова поднял Киру и зашёл внутрь.

– Где мы? – спросила она, осматривая убранство помещения, которое было не особо роскошное и броское, скорее строгое, мужское, но всё же не лишено изысков. В интерьере преобладали бежевые и тёмно–зеленые тона.

– Это мои покои. Теперь ты будешь жить здесь, условия остаются прежними.

– Вот как, значит… – невесело усмехнулась Кира, – просто смена клетки.