Поэзия перевода. Избранные переводы Ханоха Дашевского

Хохочут и бесятся адские силы.

И вспомнил он Геву[27 - Родное селение Шаула.] и милые взору

Волшебные дали родного простора.

И зелень холмов перед ним и равнина —

Край пастбищ раздольных, страна Биньямина[28 - Удел колена (племени) Биньямина в древнем Израиле.]!

Лазурь поднебесья, тенистые кущи,

Колосья и травы долины цветущей,

Где сон видит пахарь под сенью густою,

И пляшут волы, проходя бороздою.

Там прелесть и мир, там покой и отрада!

Как любы душе колокольчики стада! —

«Я счастлив, как прежде, я снова спокоен,

Я сын этой нивы – не царь и не воин!»

А ночь вороное крыло распростёрла,

Грудь давит тоскою, рыданием – горло.

Вдруг свет – будто светит луна в полнолунье,

И голос раздался в жилище колдуньи:

«Царём тебя сделала воля Господня,

Но место твоё – быть с волами сегодня!

Зачем ты мой дух потревожил в Шеоле[29 - Обитель мёртвых.],

Заставив подняться к живым поневоле?!

Позарился, царь, ты на шкуру воловью,

И меч не омыл свой Агаговой[30 - Агаг – царь Амалека: Шмуэль-1 (1-я Царств), 15.

«Свой меч притупил я в сраженьях, и ныне

Вот, в рубище я, как отшельник в пустыне.

Ликуют враги: их веселью порука

Души моей сумрачной тяжкая мука.

Пророк, я хочу услыхать предсказанье!

Разгневан Господь! Каково наказанье?!» —

«Ты меч не омыл свой Агаговой кровью!

Позарился, царь, ты на шкуру воловью!»

За это в сраженье не выстоишь боле,

И завтра же будешь со мною в Шеоле!»[31 - В священной войне с Амалеком Шаул не имел права брать добычу и щадить царя Агага.

Под утро, не слыша копытного стука,

Назад скачет царь без колчана и лука.

В глазах стынет ужас – на саван похожа

Лица неподвижного бледная кожа.

Емшан[32 - Тюркское название полыни. На тот же сюжет и под тем же названием существует известное стихотворение Аполлона Майкова.]

Коль падает беркут в долину, крылом

Вершину горы задевая,

Не кинется разве несчётным числом

В ущелье родное, в скалистый пролом

Воронья крикливая стая?

Коль барс грозно мчится, рыча на бегу,

И путь преграждая добыче,

Род волчий, устроивший пир на лугу,

Не бросится ль прочь, оставляя врагу,

Куски уже пойманной дичи?

Как беркут, Владимир пронзил небосклон,

Как барс, вольной степью промчался;

Сырчан, половецкий царевич, на Дон

Бежал – и в горах, у абхазских племён,

Отро?к, брат его, оказался.