Одержимость справедливостью

– Ну, ты рисуешь, работаешь?

– Рисую, здесь в госпитале. А то бы вообще с ума сошёл от скуки. А с работой, никак. Я же думал, в армию заберут, кто меня на работу возьмёт.

– Здесь что, мастерская есть?

– Какая мастерская, мать блокнот принесла, большой. Карандашом рисую, и углём иногда. Рисую портреты в основном, солдат, медсестёр. Для себя, чтобы навык не терять.

– А, можно посмотреть? – подала голос Танечка.

– Да, покажи, – подхватил Димка.

– Посмотреть? Можно, почему нет.

Сейчас принесу.

Пока шёл в палату за блокнотом переваривал услышанное. Димка, значит, остался в городе. Но почему он не в казарме. Что это за служба такая, с девчонкой подмышкой. Ни хрена себе, я бы так тоже служил.

– Ну вот, смотрите, – отдал я мой рисовальный блокнот в руки Димке, – слушай, а вам там, в вашей части, художники не нужны? Я бы тоже не прочь в городе остаться.

– Знаешь, я впечатлён. Нет, я восхищён, ты настоящий талант! Ты растёшь! – Димка переворачивал страницы моего альбома, а Танечка с восторгом смотрела то на рисунки, то на меня.

Её больше не смущал мой зачуханный вид и больничный халат.

– Я так не смогу, – продолжал восхищаться Димка, – портреты очень сильные, такие все образные.

– Скажите, Дима, а сколько времени Вам нужно, что бы такой портрет нарисовать? – снова подала голос Танечка.

– По-разному бывает. Иногда минут 10, иногда больше, как пойдёт. Зависит от моего состояния и настроения.

– А сейчас, сможете нарисовать, вот Диму, например? Смотрите, какая у него шикарная фуражка, – глаза Танечки горели, щёки порозовели.

Видно было, что девушка смущалась. А она хороша, очень хороша, – подумал я.

– Я рисую то, что меня впечатляет. Не знаю почему. Смотрю, а руки сами к блокноту тянутся. Вот Вас, я бы нарисовал. Хотите?

– Хочу, конечно хочу!

– Ладно, сядьте вот сюда. А ты не подглядывай, – сказал я Димке, не люблю когда под руку, – сядь рядом с Танечкой.

Все, наконец, расселись.

Декольте мешало сосредоточиться. Хотелось рисовать только эту часть. Какого чёрта, нарисую не лицо, а портрет до пояса, с руками.

– Так ты не ответил, вам там художники не нужны? – начав рисовать спросил я Димку.

– Нет, вроде не нужны, пока. Я же, художник. Хотя работы, скажу тебе, там до хрена и она никогда не кончается. То оформления бесконечные, то какие-то лозунги, даже карты приходилось рисовать. А вот за Аллею Славы, я пока браться не хочу.