Предисловие к Мирозданию

В смятенье

женщина с богатой

свитой перед ним остановилась.

От свиты отделилась

и к нему бежит, лицом

скуластая девчушка,

с косичками, лет десяти.

Он смотрит пристально в её глаза,

под дужки

тёмные бровей, и видит в ней себя.

Чуть позади —

пейзаж: плато, каньона край, и дальше радуга над

пропастью

цветным горбом.

Ну что сказать?

Тот воин – бывший я,

но это о другом.

Довольно глупости.

Как ты заметил, давно уж нет ни тела, ни души.

Лишь прошлое живёт воспоминаньем,

и то, как будто не про нас.

Так что решим

мы с перенаселеньем? Точнее, со странным

качеством к нам приходящих душ?

Мы станем

делать, как и в предыдущий раз?

Опять война, чума, «испанка»?

Малколам:

Спокойно, друг мой. Бери перо и тушь,

вот банка,

и вот неразрываемый пергамент для приказа.

Давно я размышляю над проблемой.

Не так всё худо.

Нам нужно маловероятное событие – непобедимая

зараза,

но из природных компонентов.

Гаардвал:

Ты говоришь про чудо?

Малколам:

Да, но про отрицательное чудо.

К примеру, вирус,

состоящий из агентов,

частей, почти несовместимых,

а всё ж, теоретически возможных вместе слиться.

Одномоменто,

как в цепочку эшелон,

когда б условия невероятные сложились.

Такую дрянь, чтоб в воздухе носиться

могла и, чтоб при этом поражала тяжело,

опасною болезнью

часть населения,

но небольшую, так, процентов десять.

Из заболевших, отобрав немного слабых,

тех вовсе насмерть жалить.

Внедрим идею эту в голову учёным

какой-нибудь одной державы,

стремящейся к господству.

Пусть мысли сами к ним пришли бы, как бы.

У Уравненья жизни есть такое свойство.

Приглушим пару коэффициентов чёрным,

а эти, посмотри, и эти, – поменяем местом.

Баланс останется, а чудо – всё. Уже пошло

в работу. Поток живого

помельчал у берегов.

Гаардвал:

Детей не трогаем?

Малколам:

Да, их – неинтересно.

Мы в этот раз начнём со стариков.

Пускай пожившие, созревшие душой,

к нам в тонкий мир придут сначала.

Возможно, это будет хорошо,

да и не так жестоко.