Под покровом минувших лет. Пристрастные хроники из XX века

Сам Александр Македонский, покоривший мечом Самарканд, искренне восхищался его красотой и доблестью жителей. В 1939 году в городе насчитывалось 136 тысяч жителей. В конце 1941 года население Самарканда значительно возросло.

Древний город гостеприимно дал приют тысячам беженцев с оккупированных территорий. В нём расположились госпитали и множество различных организаций из Москвы, Ленинграда и других городов. Кроме Академии Химзащиты в городе расквартировались Артиллерийская академия им. Дзержинского, Ленинградская Военно-Медицинская академия, Второе Харьковское танковое училище, Воронежское училище связи, Военно-ветеринарная академия Красной армии.

На новом месте всё с нуля – казармы, аудитории, лаборатории и всё своими руками. Здания и помещения, конечно, предоставили. Уже на третий день после приезда начались занятия и боевая подготовка. Полевые занятия по тактике проводились за чертой города в условиях безводной и пустынной местности. Питание было скудное, а первое время основным блюдом курсантов стала квашеная капуста, немалые запасы которой практичный начхоз академии сделал ещё в Москве, в надежде на то, что всё остальное добудет на месте.

Не всё удавалось, и выручала капуста. Некоторые не выдерживали и писали заявление об отправке на фронт. По рассказам раненых, коих великое множество проходило лечение в Самарканде, на фронте питание было в разы лучше. Раненых подкармливали местные жители, а курсантам и этого не перепадало.

Снова в Москве. год 1942

А Москва выстояла ценой тысяч жизней, ратным подвигом сотен тысяч.

Под Тулой тульский рабочий полк, 156-й полк НКВД, 732-й зенитно-артиллерийский полк и батальон милиции обломали стальные клыки хвалёной бронированной сотне «быстрого Хайнца». Не всё прусскому коту масленица!

А в декабре 1941 года немецкая «непобедимая» Kriegsmaschine, надрывно завыв, загрохотала поверженным железом и, теряя обломки, источая смрад и дерьмо, поползла вспять от стен Москвы. Впредь наука – не помогут вам и сегодня ни новые бесбашенные гудерианы, ни фрау-мадам с куриными мозгами, ни безмозглые дроны, ни заумные штучки борзых пиндосов.

К весне 1942 года после разгрома немецких дивизий на подступах к Москве оперативная обстановка на московском направлении стабилизировалась. Немецкие войска были отброшены от Москвы на 150—300 км. В Москву начали возвращаться эвакуированные организации, тем более, что Верховный главнокомандующий и его Ставка Москву не покидали. Быть может, потому столица и выстояла.