Последний молот

Плечи сотряслись рыданиями, давая выход надёжно сдерживаемым последние дни эмоциям. Он истово взывал, теряясь в благодарностях к деснице божией пречистому Илиру, не оставившему своего заблудшего ребёнка в столь тёмный час.

Заскрипело множество взводных механизмов, а из сумрака охватившего весь подвластный взору мир, со стороны ведущего к горам старого тракта. Стали один за одним появляться с арбалетами на перевес кнехты в таких-же как у стража кольчугах и широкополых шлемах капелиннах. В воздухе забило множество крыльев, тишину разорвало многоголосое карканье десятков воронов.

Средь обычных солдат ну ровно вестники Илира показались Вороны бдящие с неизменными своими диковинными птичьих голов молотами, все как один в кованых наручах и наплечниках.

Будто стёсанные из камня волевые лица длинными бородами ложились на сокрытые хабуреками, кольчугами и панцирями, мощные непомерно широкие груди. Казавшееся кристалликами льда глаза бесстрашно и сосредоточенно вглядывались в потустороннюю мглу.

Почтительно расступившись Молоты пропустили вперёд могучего седобородого орденского война, чьи неподъемного вида тяжёлые пластинчатые брони были выделаны серебром и искусно гравированы.

– Всё позади, теперь ты в безопасности. – магистр склонился над перелопанным грязью измождённым стражем, протягивая сплошь засечённую рубцами ладонь и в его спокойном взоре полном силы страж ощутил, что всё наконец кончено. – Поведай мне что случилось.

"Я добрался, знай же, неведомый безымянный заступник, оставшийся там, на площади.

Я донёс твою весть!" – молчаливо больше самому себе прошептал Ангар.

Свидетельство обвинения за номером 19. Показания Хельберта добропорядочного содержателя трактира (Хмельной гнол). Даденные под присягой над символом пречистого пророка слова его, святому трибуналу карающей длани Илира, против братства воинов Воронов бдящих самовольно орденом провозглашенных средь народа (Молотами) прозванных. Обличающие виновность подсудимых в следующих обвинениях.

Заведомое добровольное сношение со тьмою посланцами, изведение людей методами ужасными неподдающимися описанию, порабощение земель отвратным кровавым волшебством под властью врагов рода людского и укрытие их от праведного света божьего.

– Я видел все глазами своими, душою своей бессмертной клянусь, да поразит пречистый слабую плоть мою, если лгу. – полными слёз глазами смотрел Хельберт на судейскую трибуну.