Золотой ларец. Повесть рыбака Маруфа

Сколько раз в сетях лишь палки да трава!

Тьфу всей жизни (если будет такова)!

Только – стоп!

Кувшин тяжёлый сети рвёт!

Нет! Добыча эта в море не уйдёт!

Он заполнен, видно, златом, не свинцом.

Ах, каков я нынче! просто молодцом!»

Вынув нож, я быстро пробку раскрошил,

И потряс кувшин, и боком положил,

Но оттуда ничего не вышло вон,

Что немного б возместило мой урон.

И вдруг из кувшина дым

Стал изливаться струёй,

Пополз по лицу земли,

Поднялся смерчем-змеёй.

Я вижу в нём отблеск огня,

В дыму будто что-то горит.

Затем, как грома раскат,

И вместо дыма – ифрит!

Ноги как мачты,

Руки как вилы,

Голова – котёл!

Глаза словно лампы,

Ноздри как трубы,

И дым из них шёл!

Рот как пещера,

Зубы как камни,

И страшен их щёлк!

От мрачных предчувствий меня

Сковало, бросило в пот,

Мелко зубами стучал

Мой онемевший рот.

Ифрит посмотрел на меня,

Всклокоченный, дикий, злой,

И загремел-загудел

Голос его надо мной:

«Готовься умереть, рыбак,

У тебя совсем мало времени:

Я тебя сейчас, червяк,

Щелчком по темени!

Тебе хочется бежать без оглядки?

Но, когда душа в носу,

Трудно показать пятки!

Я провёл в море тысячу лет,

А до этого был слугой Сулеймана.

Он, великий, знал власти секрет,

Я пред ним был послушней барана!

Но я трижды срывался,

И вот – кувшин!

(Сулейман видом прост был,

Но властью как джинн!)

И тогда я сказал (ибо духом ослаб)

Что спасителю буду служить как раб!

И проходили сотни лет надо мной,

Но запаздывало освобожденье.

В сильном гневе-отчаяньи, злой

Я изменил решенье.

И недавно, сто лет назад,

(Ты решенью будешь не рад!)

Я сказал: Чем я дольше подобен нулю,

Тем меньше к спасителю снисхождения.

Я господина-спасителя раздавлю,

Достигнув полного освобождения!

Мне решиться на это не трудно:

Несправедливость есть в каждом подспудно.

Её проявляет полный силы,

Её скрывает слабый, трусливый».

Поджилками я задрожал,

Прослушав ифрита бред.

И, руки воздев к небесам,

Я закричал в ответ:

«Ифрит, не губи меня!

Господь даст власть над тобой

Тому, кто погубит тебя!

Поплатишься ты головой!

Ведь всякий злодей с другим

Вскоре вступает в спор.