Друг моря

Юрий Морской не был одним из этих молодых людей. Наоборот, он сам прибыл в городок, проведя бесчисленные часы сначала в вонючем поезде, среди грязных пяток плацкартного вагона, а потом подхватив простуду на пароме. Паромщик и сам походил на простуду во плоти: укутанный в несколько слоев рваных свитеров, с надвинутой на лоб шапкой, из-под которой торчал только громадный красный нос. Юра среди всех пассажиров парома в тот день выглядел единственным живым – остальные, словно зомби, зашаркали в разные стороны сразу после прибытия.

Кто домой, кто на фабрику. Юра же долго топтался на месте, сжимая в руке мятую бумажку с адресом и телефоном конторы, куда его пригласили.

Секретарша на бирже труда начала было расспрашивать Юру о том, зачем он приехал в Южный Солнцевск и что он тут вообще забыл, но юноша только отмахнулся – ему хватило бесконечных споров и ругани дома, среди родных и друзей. Окончив школу, расправившись с университетом, промаршировав через службу на флоте, Юра твердо решил, что хочет стать моряком.

Тем более, что фамилия только подогревала романтические мысли о кораблях, дальних плаваниях и закатном солнце, которое тонет в пучине вместе с угасающим днем. Поругавшись со всеми, с кем мог, растратив все имеющиеся нервы в интернете, а все деньги – на междугородние звонки, Юра наконец стоял среди Южного Солнцевска. Ошарашенный и удивленный, оплеванный погодой и обсмеянный секретаршами. Ветер трепал его темные волосы, а ледяные маленькие капли дождя облизывали гладко выбритые щеки. Местные его сразу заметили; среди их сгорбленных фигур внушительный рост Юры казался диковинкой. Как следует вычищенные берцы обернулись грязными комьями в тот самый миг, как юноша ступил на берег.

Юра шел по коридору мимо очереди из бледных подобий людей, считая кабинеты. На одних висели полустертые номера, с других они давно упали. Наконец, он остановился возле замызганной двери, что следовала после комнаты шестнадцать.

– Кажется, сюда…

Встряхнув в руке свеженапечатанные бумажки, Юра постучал и вошел.

– Можно?

– Да, заходите.

Комната напоминала старую морскую раковину, в которой жил краб-отшельник. Деревянные полы скрипели при каждом шаге, словно палуба старинного корабля, а сам краб, расплывшись по стулу, сидел за массивным письменным столом. В роли краба выступал солидных размеров лысеющий мужчина с громадными синяками под глазами; он перебирал один лист бумаги за другим, то расставляя печати, то расписываясь ручкой.