Пограничная зона

– Эй, опять будешь носиться в задницу укушенным торнадо? – беспокойно спрашивает та.

– Не собирался, – он непроизвольно дёргает кистью. – Разве что от изумления. Если то болотное угробище, о котором я думаю, апеллирует к тебе как к высшей инстанции, я не понимаю, почему о твоей истинной роли не знаю все.

– Да что же здесь непонятного? – заливается гусеница. – Во-первых, угробища как огня боятся эффекта домино: они мне испортят камуфляж, а я до их ватной мякоти дотянусь. Во-вторых, они трещат о том, о чём приятно трещать.

О том, что топью, в которой они проводят треть жизни, заправляет какая-то девица, ещё и гусеница, трещать неприятно.

– Центральным участком топи, и то не без перебоев, – поправляет он.

Гусеница мрачнеет и снова закуривает, а он добавляет тихо:

– В болотце я не вернусь. Если ты меня за этим позвала, боюсь, ты зря потратила время. И силы.

– Отчего же? – щурится она.

Объяснить он может. Уложить импульс в слова, притянуть за уши аргументы. Сказать, что раскаялся, встал на путь исправления, испугался финала, приближаемого шулерскими методами ухода в пограничную зону.

Нагородить чуши. Или завопить, что устал жить в аквариуме, что у него вот здесь – тут нужно вскинуть руку к горлу – сплетни, слухи, домыслы и столь не соответствующая отчаянной разнузданности болота атмосфера маленького городка, где все сто лет как породнились и переругались. Или сцедить немного бреда с привкусом живой крови: в нём ожило нечто, что было мертво, приобрело значение то, что значения не имело – например он больше не в состоянии культивировать пародии, оскорбляющие неизвестный им оригинал, делать то, что ни с какого ракурса не находит красивым. Он может притвориться, что прекрасно осознаёт мотивы своих поступков.

– Не хочу.

Это является правдой лишь отчасти, ведь отлучение от болотца лишает его не только безотказных способов хождения за черту.

– И как ты теперь?

Он превентивно охреневает, начиная подозревать, что гусеница действительно вознамерилась затащить его обратно.

– Как-нибудь.

– Не хочешь в болотце – не надо, – она говорит быстро и монотонно. – Зачем ты вообще влип туда с таким ожесточением? Кому назло? Это не твой уровень. Во всех смыслах.

– Очень даже мой.

– И сейчас ты начнёшь защищать зыбкое дно или смешивать себя с не полностью разложившимся органическим веществом…

– Полностью, полностью…

– Потому что тебе не понравилось, что я рассказываю тебе, где твой уровень, а где не твой. Отмотаем назад.