Беспризорница Юна и морские рыбы. Книга 2. Белый Ворон приходит сам

Принять еще один удар он бы не смог, и тогда сделал то, что делал в молодости – когда дрался с правой стороной: нырнул головой вниз нападавшему в ноги. Оружие в падении он утратил.

Небо! Земля,

снова небо,

земля,

землянебо!

и снова земля – Заяц встал на четвереньки. Поднялся, шатаясь.

Его противник вскочил. Подхватил с земли палку.

Заяц шагнул назад. Опять назад. Он отступал. Не убегал: куда там.

Словно во сне, он увидел коней. Из темноты, как сгустки темноты, сама ночь, они парили, вставали на дыбы, шарахались в стороны.

Без единого звука – видно, он оглох, когда упал – между ними метались две тени: черная – пёс. И еще одна – белая.

В этот момент позади подходящего к Зайцу оказался опять тот, маленький. Он занес из-за спины длинную штуку – и бесконечно долго опускал ее этому на голову.

Тут что-то налетело на Зайца сзади.

Придя в себя, он обнаружил, что сидит на дороге.

Было тихо. Было темно. Одной рукой он упирался в растоптанную грязь. Другой рукой во что-то…

Заяц поднял и приблизил к глазам.

– Мултук, – сказал он.

Слышно было прекрасно. – Хороший был… мултук. – То есть, это была часть от мултука. Приклад.

Пес глядел, как, держа в руке кусок мултука, Заяц подходит к нему, – но сам с места не двигался. Он сторожил. Что?..

Заяц приблизился и остановился. Он молча глядел вниз.

– Дядя Дик, – сказал он. – Нет.

Присев, он одной рукой постучал лежащего по голове.

– Железная.

Опустив мултук, прибавил к ней вторую – и снял рогатую шапку, под которой оказались, как и у всех, волосы.

 – Ну, – сказал он. – А я думал…

Пес смотрел мимо. Заяц тогда тоже оглянулся.

Отделившись от края дороги, к ним с псом двигались двое. Бросив шлем, Заяц встал.

– Твое, – сказал тот, что повыше. Он протягивал Зайцу ту железную палку.

– Нет, это их. – Заяц услышал свой голос как со стороны.

Тот кивнул. – Теперь твое, хозяин.

Потяжелей топора; поострей косы; подлинней пилы. Зайцу оно было впору – как корове седло.

Свой мултук он разломал. А эту штуку, чтоб махать ею в драке, выпустил из рук. Он не он, и не его кон. Это вообще пёс. Он вообще думал – волки. Всего этого не сказал Заяц. Он вообще про это не вспомнил. Он даже туда не смотрел.

Он смотрел на мальчишку, стоящего рядом с этим, едва доставая ему до плеча, – и земля дрогнула и покатилась у него из-под ног, потому что он понял то, о чем следовало догадаться с самого начала: это был не мальчишка.

4.