Перекрестка поворот

Гарант конституции обещал покончить с криминалом, обуздать олигархов-лиходеев и привести нацию к всеобщему процветанию.

С. А. щелкнул пультом и переключился с республиканского на музыкальный канал. На экране взъерошенные парни в эсэсовской форме танцевали хип-хоп приговаривая в такт музыки: «Salut! Hello! Я танцую пьяный на столе… Главное не нажраться».

На следующем канале шла реклама противозачаточных средств и эликсира от облысения.

– Инструмент передадут на месте, – припомнились слова приятеля.

– То, что я просил?

– Да.

– Спасибо.

– Наш человек подготовит точные данные об объекте, сообщит, где и когда, покажет фотографии, так что не перепутаешь.

– Понятно, – кивнул С. А.

– Главное не пороть горячку. Терпение, терпение и еще раз терпение. Все должно быть сделано наверняка.

– Мы уже говорили об этом.

– Говорили, – согласился приятель. – Просто напоминаю. Кстати, тебе шах.

С. А. быстро оценил серьезность угрозы для черного короля, а затем неожиданным ходом вывел его из-под удара.

– Молодец! – похвалил приятель и улыбнулся, однако тут же посерьезнел: – Все риски, сам понимаешь, твои. Если что…

– Знаю, – оборвал собеседника С. А. Ситуация на шахматной доске становилась критической.

– И еще… – голос приятеля на мгновение замер: – Я на твоем месте поступил бы также.

– Ты не на моем месте, – С. А. тщетно пытася спасти черного короля.

– Пожалуй, – согласился приятель. – Тебе мат.

Ожив, затрясся телефон.

С. А. дождался третьего звонка и поднял трубку.

– Городская служба гражданской обороны, – сказал он. – Слушаю?

– Только что выехал, – послышался женский голос на другом конце провода. – Все по плану.

* * *

Боксер резво вырулил на центральную улицу. Под колесами красного «Лексуса» похрустывал выпавший утром снег. Неожиданно холодный и снежный январь разогнал непривычных к скользким дорогам южан.

– С ветерком? – спросил Боксер, доставая из бардачка мигалку.

Он обожал мчаться, распугивая чужие машины, выезжая на встречную и ловя почтительные взгляды замерших в ожидании водителей. Было в этом нечто широкое, залихватское, радостное и сокрушительное. Он, деревенский парняга без прошлого и будущего, мчит напрямую, а умники прижимаются к бордюру, затаив дыхание.

– Нет, – ответил Гера, – по-тихому. Мне подумать надо.

– Как скажешь, – пожал плечами Боксер. – По-тихому – значит, по-тихому.