Моторы гинеколога Суна

И говорит мне, что «снег пошел, а я нет. Смотрю на падающий снег из окна и никуда не иду».

Ткаченко. Тюремные привычки.

Зозулин. Я бы сказал, что дзэн-буддисткие. Но духовность он мог пробудить в себе и в тюрьме. Он срок за что мотал?

Луфанов. По малолетке он оттрубил за выхватывание у женщин их сумочек. Сейчас он уже в организованной преступности. Стимул к развитию у него имелся.

Ткаченко. Попасть в мафию, это влечет… заполучив «Выползня», мафия приобрела ценного специалиста. Где уж там нам, тренерам… Я и на ломаном блатном изъясняться не умею.

Зозулин. Вы и из окна на падающий снег не смотрите.

Ткаченко. Сегодня мы на снег насмотримся до отвращения. На «Усть-Куйгинской лыжне» бесснежных участков не попадается! Линия теплоцентрали, где мы бы для отогрева ног постояли, ее не пересекает… на ноги мы шерстяные носки. А телеса, что повыше ног, разотрем! Ты, Зозулин, каким составом натираешься?

Зозулин. Я отдаю дань моде.

Ткаченко. И что же за мази нынче применяются стильными лыжниками?

Зозулин.

Не мази. Мы одеваем термобелье.

Ткаченко. Но оно же сковывает движения.

Зозулин. А вы его носили?

Ткаченко. Позапрошлую «Усть-Куйгинскую лыжню» я проехал в нем и из двадцати трех стартовавших приехал двадцатым. Термобелье, оно греет, но мне жутко хотелось его с себя стянуть и за ушедшими вперед все же кинуться. Заполучи я назад всю свободу движений, в десятке бы я был наверняка! И не запил бы по окончанию гонки по-черному!

Калянин. Ты снова бухаешь?

Ткаченко.

Неделю я тогда на это отвел…

Калянин. М-да, Виктор Петрович. Лысому седым не бывать.

Ткаченко. Пить дозированно – не то, что пить в умат… однако касательно алкоголизма я, Петр Палыч, невозвращенец. Я же тогда не с тоски, не с безделья – с досады. Не показал я тогда свой максимум! Мог, но из-за термобелья пробежал поганенько… для самого себя обескураживающе. За финишной чертой лыжный народ меня поздравлял, говорил, что браво, Петрович, финишировал не в первачах, но зато финишировал, в твои сорок чего тебе еще надо… они к тому, что высокие места уже не про меня.

Их они разыграют между собой, а мне где-то там сзади корячься и лишь характер свой бойцовский демонстрируй. Ванька Дурганов из Ярославля надо мной сильнее остальных подхихикивал… не будь на мне термобелья, я бы его проучил!

Зозулин. В прошлом году этот Иван здесь соревновался? Реванш вы у него взяли?

Ткаченко. В том году я в «Усть-Куйгинской лыжне» не участвовал.