Традиции & Авангард. №2 (9) 2021 г.

Его брат герой. А он чуть не уснул, бессовестный. Но он три дня не спал, ни на полчасика глаз не сомкнул, все сам, а похороны и сил, и нервов, и денег сколько вытянули… Да о чем думает… Господи!

Никита встал.

– …И теперь два миллиона семьсот тысяч, ведь это огромные деньги, – продолжала мама. – Представь-ка себе, я волнуюсь… Страна у нас бедная, а тут семьям погибших докторов такие деньжищи раздают! Всем! Ведь это можно квартиру купить, пусть и вторичку, или жить безбедно девочкам целый год… И все равно неловко… Но жить-то им как-то надо… Дашка одна осталась совсем…

– Ну это уже их дело, мам… разберутся, – сказал, качнувшись, Никита и затараторил: – Мамуль, прости, давай решим, домой поеду или останусь, постерегу тебя?

Он постучал пальцами по столу, улыбнулся.

Мать вскочила, порывисто обняла, прижалась. Никита предлагал остаться из простой вежливости, ночевать сына мать не оставляла почти никогда. Молодой мужчина, привык жить в одиночестве, нужно свое пространство, помыться, покурить, выпить рюмку, посмотреть телек, а у нее быт скромный, старушечий, да и сон беспокойный, поэтому нет, нет, езжай, сыночек, к себе…

Обещала не плакать.

Обещал приехать утром. Обнял мать покрепче. Постояли.

Вышел из подъезда в ночь на мокрую улицу. Пахло травами и цветами до неприличия. Желтый фонарь в плотной ауре влаги пристально смотрел на одинокого человека.

«Бэха» резво выскочила на шоссе, набрала скорость, и огни растянулись длинными нитями. Сон рубил как хмель, не хватало еще заснуть за рулем и улететь вон с моста, он высокий.

Два трупа за неделю маманя точно не сдюжит. Совсем рехнется. Никита усмехнулся собственной злости. Откуда такой цинизм? Устал, устал, это просто усталость.

Глянул в зеркало заднего вида, глаза – черные дыры в синих провалах. Доехать, выпить и спать. Вискарь дома есть? Вроде в баре одна оставалась.

Позвонить Лесе или уже завтра? Она просила, набери, расскажи, как мать. Терпеть не мог куриную эту заботливость, как будто ей дело есть до его матери.

Лесе завтра. А сейчас бы с Юлей поговорить… С ней? Зачем? Что ты хочешь узнать в день похорон брата у главного юриста своей компании?

– Чего-чего! А кое-чего! – произнес громко, с издевкой, и засмеялся. – Ишь ты, расчегокался!

Ткнул ногой в педаль тормоза, колеса завизжали, машину по сырой дороге повело, раздался истеричный сигнал ехавшего сзади, звук тут же изменился, растянулся, но Никита в сторону своей жертвы даже не посмотрел.