Бабочка под стеклом. Литературно-перестроечный коктейль с ощутимыми нотками мистики и криминала

Тянет-то к тому, что не даётся! Успокаивает одно: потеряв всё, можно уже ничего не бояться.

Но проехали, проехали, проехали…

Влад, посмотри рассказик… Но без «ты» и «я». Будем считать, что «постороннему «В» – это из Вини Пуха – принесла свой рассказ посторонняя «Б», извини за каламбур, это от Белой. Ведь, если не притвориться немного «Б», кто нашу нудятину читать-то будет?

Предмету она доверяла всецело, за что и бывала бита, морально, конечно, до полусмерти, от чего всё её оскорблённое существо тут же кидалось в творчество и – творило, творило, творило – по паре книжек в год, а то и по три.

«Творюга!» – ласково поругивал её Аркаша, когда бывал в хорошем настроении.

– Творюга, это не от твари, а от творца. Хотя это иногда и совпадает.

Видимо, Предмет, к стыду Елены, был, как и всё вокруг, лишь генератором её буйной творческой фантазии! От этой мысли ей стало не по себе:

– Потребительница я! Качаю, качаю… А на гора что выдаю? Так, бабские измышления… Кто их читает-то?.

Ещё раз обласкав взглядом вожделенный затылок, она прикрыла за собой дверь, и направилась на общежитейскую кухню за чаем. Там, изрядно поморщившись, ей пришлось выгнать из чьей-то сахарницы здоровенного таракана, бессовестно отряхнувшего ноги прямо в чайную ложку.

Всё же плеснув себе кипятку из первого попавшегося чайника, их тут было шесть, Елена сделала пару глотков. От страсти она всегда высыхала как верблюжья колючка.

– Заварки нет… Прячут жадюги.

Чёрт-те-что делается в стране. Учителя и инженеры на рынке торгуют, по электричкам газеты разносят, сторожат, дворничают. А те, что уже на пенсии, – в магазине селёдочный рассол выпрашивают: хлебушек помакать, у овощных палаток из бачков капустные листья выуживают да бутылки по скверам собирают!

А ведь, разрушая настоящее, мы делаем бессмысленным прошлое и теряем всякую надежду на будущее…

Уф… И чего это меня опять понесло?.

Хотя, если пофилософствовать… Давно заметила, что в порядке: ну, когда – всё по полочкам разложено, хоть убей, никакого простора нет – ни для действий, ни для размышлений. Мысль как по ниточке течёт… А в смуте – есть. Там сознание уже – пучком или даже – взрывом! Может, для того и мутят, чтоб хоть что-то новенькое проклюнулось?..