Самый страшный зверь

Люди, как правило, глупы и доверчивы, если им что-то как следует вбили в голову, извлечь это непросто.

А вбивали качественно и долго…

…Ягод и на самом деле было мало, Керита с ними расправилась вмиг, так что Дирт недолго давился слюной. Вытрусив из опустевшего туеска соринки, девушка заметила:

– Брусника весной густо цвела. И ягодок меленьких полным-полно. Наверное, хороший урожай будет. Брусника – ягода хорошая: не портится, только ссыхается или мокнет. И не пачкает, как черника.

– Черника слаще.

– Ну да. Но я собирать ее не люблю.

Оба черничника располагались хоть и на опушке, но тянулись дальше в лес. И очень трудно было вовремя остановиться при сборе, преодолеть соблазн сделать шаг дальше, в сторону запрещенного. А вот брусника чуть ли не сплошным ковром покрывала Сторожевой мыс. Даже на скалах ухитрялась расти, причем в любой год ее там было много, хотя хеннигвильцы обдирали безжалостно, до последней ягодки.

– Я прошелся по ручью и не нашел ни одного стебля ревеня.

– Ты каждый день по ручью ходишь, все давно оборвал.

– Все невозможно заметить.

– Да? Уж мимо тебя точно не пройдет – все замечаешь. Лодка без рыбы опять, сети пустые. Слыхал?

– Знаю.

– Младший Мади пухнет. Говорят, это от голода. У матери молоко пропало, коровьего на всех не хватает. Матерей надо лучше кормить.

– Завтра у нас будет мясо. Поест, и молоко вернется.

– Ты о чем?

– Я о матери младшего Мади.

– А я о мясе спросила. Откуда оно возьмется?

– Преподобный велел отвести на ночь Русалочку к дальней опушке.

– Зачем?

– Чтобы демоны выпили ее кровь и отстали от Хеннигвиля хотя бы ненадолго.

– Что?! Кормить демонов?!

– Дэгфинн говорит, что они от крови не откажутся.

– Зверь тоже кровь пьет.

– Враки.

– Он ведь выпил кровь у младшей сестры Тиггиты в самый первый год. Об этом все знают.

– Лэрд Далсер говорит, что это глупое вранье, суеверие простолюдинов.

– Никакое не вранье. Мне мама не один раз рассказывала.

Вас с Далсером тогда еще не было здесь. Ее звали Дитори, она была чужая, как вы. Ее удочерили, не дали пропасть, забрали с собой. Но она так и оставалась чужой и, как ты, никого не слушала. Взяла и зашла далеко в лес, Зверь ее убил за нарушение запрета и выпил всю кровь. Ее тело стало белым и почти ничего не весило. Было это перед Рудным болотом. Поэтому мы на него не ходим.

– Ага. И поэтому собирать клюкву приходится мне.

– Никто тебя не заставляет.