Рассказы мыла и веревки

Федюня обернулся и увидел мальчугана лет семи в черном строгом костюме, абсолютно сухом, несмотря на погоду. Голубые наивные глаза невинно смотрели из-под мохнатых бровей. Над верхней губой белел едва заметный пушок.

– Ты кто? – удивленно спросил Федюня.

– Ангел Смерти. Пришел помочь тебе… уйти, – сказал мальчик. – Все равно ты пустышка.

– Как это?

– Можешь назвать хотя бы одно доброе дело в твоей жизни?

– Ну… я списывать в школе давал, и в универе делал контрольные всей группе.

– Разве ж это доброе дело? – вздохнул ангел.

Федюня увидел заросшего, грязного бомжа в засаленной одежде. Он мучительно стонал, пытаясь приподняться на изломанных, неестественно вывернутых руках. На землю капало что-то темное.

Над бомжом стояли два бугая в спортивных костюмах.

– Что ж мы, так и бросим его здесь? – спросил первый, поменьше. Очевидно, его душа еще не покрылась черной коростой равнодушия и жестокости.

– А ты предлагаешь везти его в больницу? Сдохнет, никто плакать не будет. Зато пришлым наука. Впредь не будут побираться на нашем участке…

Видение исчезло. Федюня спросил:

– Какой же другой вариант моего… будущего?

Ангел жестом указал на сверкающую бездну под ногами.

– Пойми, тебе здесь ничего не светит. У тебя нет нужных качеств. В любом случае плодами твоего труда воспользуются другие.

– Неужели я такая тряпка? – в отчаянии воскликнул Федюня.

– Если бы тряпка… Вспомни твою стычку с начальником: там, где надо бы… подлизнуть, ты начал артачиться.

– Но, может, мне удастся жениться, и мой сын станет…

Ангел пристально посмотрел на Федюню:

– Чем ты занимался в университете?

– Учился. Я окончил его с красным дипломом, – не без гордости сказал Федюня.

– То-то и оно. В это время другие кадрили девушек, бегали по дискотекам. И здесь тебе ничего не светит.

– Может, уехать за океан?

– Сначала доберись туда, – приветливо улыбнулся ангел.

Раздались чьи-то шаги. Федор не успел обернуться. Он ощутил толчок в спину и полетел в пропасть. «И когда я пал к твоим ногам, твои слезы заливали меня, словно холодный осенний дождь…»

***

Робот-автомобиль остановился у паспортного стола. Высокий худощавый мужчина в дорогом костюме выбрался в приятную прохладу летнего утра и открыл массивную дверь с исцарапанными стеклами.