Сны о России

Я за такое коварство всех своих гончих по вашим полям пущу.

– Да вы, Петр Кузьмич, сами разбойник после сего сказанного будете.

– Я покуда еще только буду, а вы уже тот самый разбойник и есть.

– А вы, Петр Кузьмич, вы… вы «мерихлюндер!

– Тьфу на вас, Кузьма Петрович, за такие слова на меня. Ноги моей в вашем доме не будет? Прощайте навеки?

– Ладно, до завтра.

* * *

– Федор Федорович, говорят, вы по имению на кабане разъезжаете.

– А хоть и на козле, кому какое дело!

– Ну, в этом большой беды нету.

Да только за што урядника в плуг впрягли и поле вспахали на нем?

– Для доказательства тезису, что он, подлец, здоровее кобылы.

– Еще говорят, будто вы кобылу на воздушном шаре поднимали, и над домом губернатора она у вас мочилась и лошадиные яблоки роняла.

– Не учил я её мочиться, а только пивом напоил. А то, что балкон обгадила, так то со страху. Нешто можно в кобылу из ружей палить?

– Его превосходительство утверждает, будто вы то рассчитали, что в него начнут палить, да и выдрессировали на подобное безобразие.

– А ты поди докажи – хоть и в суде. Он в мое имущество стрелял.

– Над своей землей стрелял, а ваша кобыла на нее гадила.

– Земля-то, может, и его, да воздух – Божий!

* * *

– Ну, здравствуй, мачеха Россия! Что же я горожу? Матушка, конечно же… Оговорился. Эдак гадиной недолго обозвать, ежели вспомнить о чем-нибудь уже и вовсе неприятном. Эй, как там тебя, позабыл…

– Безымянный я, ваше превосходительство.

Служу по вашему ведомству: записываю первые слова приезжающих и последние отъезжающих. Все вздохи и ахи, а также гримасы.

– Без имени, стало быть? А фамилия у тебя есть?

– Фамилия моя и есть Безымянный.

– Подходящая для фискала фамилия. Что-то я тебе такое поручал?

– Наблюдать за вашим братцем опальным.

– Да, было такое. Приказал наблюдать. Потом за границу уехал и все позабыл. Спасибо, голубчик, напомнил. Ну, как там мой брат?

– В благодушии пребывает-с.

Частенько гостит в вашем доме. Уходит за полночь, бывало.

– Далеко за полночь?

– Да, уж скорее под утро. Через боковую дверь в соседний проулок, а там его коляска дожидается.

– Долго ждет?

– Ежели за полночь приезжает, то часа три, а ежели пораньше, то и подольше…

– На что же это ты намекаешь, супостат ты эдакий!?

– Я, ваше превосходительство, не намекаю, а докладываю. По форме-с.