Гамбургский счет. Избранные стихи

И шумно они принялись меж собой удивляться

Той птице,

что в небе

так мало, так мало

летала,

А после

так долго, так долго

Не может подняться.

Лорка

Сердце дремало возле ручья.

Ф. Г. Л.

Навек запомни эту темень,

Укрывшую снег на висках.

Такую маленькую землю

Качает солнце на руках.

И каплями в тюрьмы оконце

Сочится струйка долгих дней.

Такое маленькое солнце

В фамильном склепе Пиреней.

За каплей

капля.

В неизвестность.

Откуда нет назад пути.

Такая маленькая песня —

По всей Испании мотив.

За шагом – шаг.

Туда,

в бессмертье.

Под перезвон гитар дождя.

Такое маленькое сердце

Смеялось, в вечность уходя,

Смеялось

под Фуэнте-Гранде,

Смеялось,

до конца стуча…

Такая маленькая радость —

Прилечь у тихого ручья.

Первое приближение

Сон, который снился неоднократно,

пока не был записан.

Где стоянка такси (от метро идя), —

Никого.

Лишь один – королем.

Глянул я на него да расстроился.

Это смерть за рулем, за рулем.

Парень парнем да с русской курносостью,

Да с латунным брелоком ключи.

Лихо так подкатил, мол, давно стою,

Дверцей хлопнул и счетчик включил,

Глянул остро с прищуром охотничьим

И в свежатинке знающим толк,

Мол, по чину зад, да по холке чин,

Карта – в масть, да не в козырь, браток.

Унижать, оскорблять, задевать его

Чем угодно, чтоб не со слезой.

Что за, мать, говорю, издевательство?

Где старуха?

Где саван с косой?

Он кассетник – щелк!

Перестройка, мол.

Что – старуха?

Аль плохо со мной?

Ручку громкости пальцами тонкими,

А они – со щетиной свиной!..

Помертвел я.

А запись хорошая.

Все про то, как четвертые сут…

Километры свистят в снежном крошеве.

Ну, куда меня черти несут?..

Я креплюсь.

Не унять ему смех никак.

Ох, хорош!

И попутчик неплох.

Все бы в лад,

да напутала техника:

Взвыл движок, застучал и заглох.

Эх, была не была!

Я разжал уста.

Отпусти, говорю, по нужде.

Вырубает кассетник – пожалуйста.

Пять минут.

Мы у цели уже.

Я на волю – искать да расстегивать,

А как глянул с пригорка сквозь лес —

В ряд – кресты!

Православные, строгие.

И меж ними – могильный разрез.

Что откуда взялось, вспыхнув хворостом!

Напролом, только жила в струну!

Жеребцом-малолеткой норовистым,

Что ноздрями след волчий втянул.