Они были героями

Искусственная гравитация работала превосходно. Несмотря на внешнюю реликтовость, корабль исправно выполнял свои функции.

Никто не встречал гостя. Экипаж находился на своих местах – так было уговорено. Посланник знал, куда идти – в главную рубку. Вопреки представлениям, она находилась не на носу корабля, а в самой его сердцевине. Внутри ожидал капитан.

Двери раздвинулись, и Гиперион вошёл внутрь.

Впечатляло. Он знал это помещение по материалам Сципиона, но записи не могли передать всего. Круглая комната была залита мягким светом, по контуру – пульты с кнопками, тумблерами и мигающими разноцветными лампочками.

Все стены занимали экраны, и почти отовсюду смотрела чёрная пустота. Казалось, рубка прозрачная. Гиперион внутренне поёжился и напомнил себе, что это не окна, а всего лишь иллюзия, и от космоса его отделяли тонны хоть и древнего, но ещё надёжного металла.

Капитан стоял спиной к нему, широко расставив ноги и сложив руки за спиной. Что он там увидел, на экране? Корабли заграждения? Неужели что-то подозревает?

Хозяин рубки резко обернулся.

Сощуренные глаза распахнулись от удивления, но через секунду капитан справился с собой.

С ним будет непросто, понял Гиперион.

– Меня зовут Гиперион, – сказал он по-английски. – Сегодня с вами говорить буду я. На каком языке вам удобнее общаться?

– Александр Альварес. Капитан… впрочем, вы знаете. Я говорю на восьми языках. Английский вполне подойдёт.

Гиперион кивнул, и они пожали руки. Александр жестом пригласил за круглый стол в центре, и Гиперион неуклюже присел в металлическое кресло.

– Вы тоже медик?

Гиперион покачал головой.

– Я – Архонт технической безопасности Содружества.

– Ого, – брови капитана поползли вверх. – Целый Архонт?

Он вопросительно поднял брови.

– Выше только Консул, – скромно заметил Гиперион.

Альварес вздохнул.

– Хорошо, – сказал он. – Я ждал господина Сципиона, но… может, вы мне скажете, когда закончится карантин?

Сегодня. Сегодня всё и закончится. Гипериону нестерпимо захотелось выложить капитану всё, как есть.

Александр ему нравился. Без сомнения, это достойный человек, заслуживающий уважения. Виданное ли дело – в тридцать семь лет командовать таким кораблём, нести колоссальную ответственность. На Земле подобное невозможно представить. Однако Гиперион знал, что не сделает ничего подобного. Он внутренне клял себя за малодушие, но прямота – не его стезя.

– Карантином руководит Архонт Сципион, – сказал он, отводя взгляд.