Завтра ты увидишь рассвет

Во-вторых, обстановка мне там понравилась: приятная, располагающая. Мне, после стольких лет декретного заточения как раз такая подходила. В-третьих, нет строгих требований по режиму труда. Можно приходить к десяти, к одиннадцати, к двенадцати. На час, на два. Главное, чтобы делалась работа, чтобы клиенты появлялись. Это тоже огромный плюс! Это значило, что я смогу сама регулировать свой день и не лишусь своей такой привычной свободы. Ну и самым неоспоримым плюсом, самым важным тогда для меня стали слова директора о том, что будет возможность работать из дома, если вдруг ребенок приболеет.

За такой бонус мне хотелось если и не на шею ему броситься, то как минимум руку пожать.

По итогу вырисовывались практически идеальные условия. Минусов было много меньше, но они касались именно специфики работы, а потому нельзя было закрыть на них глаза.

Как я поняла из нашей беседы с директором, на этой вакансии нужно быть напористым, приставучим. Искать, уговаривать. Это не совсем мое. Не люблю я навязываться… Тем более что искать клиентов в этой сфере непросто.

Во-вторых, размер зарплаты напрямую зависит от количества приведенных в фирму заказов. То есть буквально: как потопаешь, так и полопаешь. У них нормальные предполагались проценты, и даже три заказа в месяц (более-менее серьезных) могли дать приемлемый заработок. На первый месяц оклад предлагали небольшой, потом, сказали, могут поднять по результатам работы. Заработок тогда не был для меня каким-то определяющим критерием, но смущало то, что даже за тремя заказами придется хорошо побегать.

А я тогда не чувствовала в себе сил, чтобы бегать. Максимум – ходить. Знаете, такое состояние, когда нет энергии свободной, только и хватает, что на поддержание жизнедеятельности. Мне бы что-нибудь спокойное, размеренное. Чтобы плавно вернуться в социум, а не вот так резко. Плюс я еще морально была истощена, измучена чувством вины, стыда, ощущением своей никчемности. И вот уже от плюсов не осталось и мокрого места.

В общем, к своему величайшему огорчению, я поняла, что у меня просто нет ресурсов.

Что я не смогу сейчас работать. Ни там, ни где бы то ни было еще. Что в данный момент я – сплошной комок нервов, страхов и сомнений. Ну какой толк от такого работника? Если при любом неожиданном вопросе у него наворачиваются слезы…

Маша замолчала, переводя дух. Ей была так непривычна мысль, что вот она сидит и, по сути, первой встречной рассказывает то, о чем не могла поговорить с самыми близкими людьми.