О любви моей расскажет вечность

– Мама говорила, в Париже у нас есть знатная родня, – просительно посмотрела на мужа Мария. – И наша дочь могла бы найти достойную партию.

– Не могу представить, что София покинет нас, – заупрямился он.

– А мне подсказывает сердце: ей пора на свободу…

– Жаль, что дочери растут…

– И что Бог не дал нам других детей, – вздохнула она.

– София с детства обещала быть плодовитей тебя…

– Так это я виновата?!

– Всё ещё можно исправить. Пойдём на нашу полянку. Помнишь, ту, где нас учили любить земля, трава, и солнце, и звёзды…

– Мы были как боги, и сотворили чудо – нашу дочку.

– А баню… для чего?

– Смывать грехи… с путников.

– Ты так говоришь, будто, – насторожился Александр.

– Иногда предчувствия бывают обманчивыми, – попыталась успокоить его Мария.

Король Иоанн Второй был пленён англичанами. Уповать народу стало не на кого, и дороги Франции запрудили те, кто надеялся прокормить себя легковерностью наивных провинциалов: разномастные колдуны, торговцы чудотворными мощами, хироманты, мнимые паралитики, и даже студенты.

Благодаря Марии замок в Пиренеях был добр ко всем.

Однажды Александр взял её с собой, посмотреть улов и поднять мост.

На другом берегу реки их поджидала кучка странников.

– Господин! Гроза начинается, разрешите нам заночевать в замке. Мы оплатим свой ночлег любой работой, – крикнул один из них, поплотнее.

– А я могу продать вам обгоревший палец главного тамплиера и прядь седых волос епископа из Монсегюра, – фальцетом предложил тщедушный монах в лохмотьях.

«Мощи прибыли по адресу!» – помрачнел Александр.

– Я студент, архитектор, построю для вас всё, что захотите, поверьте, – без особой надежды на внимание представился юноша, длинный как жердь.

– Нам нужен хлев для коз, – откликнулась Мария.

– Овчарни мало? – возразил Александр.

– Тесно там козам, а от их сыра зубы белые и кости крепкие.

– Но мост уже подняли.

– Опустят и поднимут снова.

– Что-то мне говорит: не делай этого, – пристально посмотрел на жену Александр, – но, если ты так считаешь…

Мария благодарно прижалась к мужу.

– Война разорила людей, им надо трудиться, поэтому надо построить ещё цеха для гончаров и стеклодувов, и для женщин, которые умеют шить и вязать.

– И прикажем Малахии открыть лавку по продаже нетленных останков отцов, – тихо пробормотал Александр.