Шумите, синие берёзы

 – Православие, – византийская религия. Но у нас-то прижилась, попробуй искорени.

Натянул на ноги тапочки, пятки остались на улице.

– Можно искоренить, – он пытался делать серьёзный вид, но глаза его оставались сонными. – Церкви сжечь! Попов убить!

Я улыбнулся.

– Нельзя кровью религию навязывать и запрещать нельзя, – сказал. – Где тётя Аня?

– К сестре на неделю уехала, к тёте Маше.

Прихожая маленькая. Потёртый паркет, в одном углу продавлен: Бабуин упустил однажды шестнадцати килограммовую гирю, которою мы купили у лысого дедка на барахолке, а через полгода Бабуин отдал её младшему брату его тогдашней подружки.

У двери на кухню маленький полосатый коврик, в крошках. Под криво висящим телефоном стояла тумбочка, шпон вздутый, круги от чашек. Одна из дверец вся в наклейках с машинами. Бабуин когда-то их коллекционировал, складывал в шкатулку от бритвы «Харьков», а потом надоело, и он выклеил ими тумбочку. Я собирал монеты, в лет четырнадцать начал, когда отец в первый день работы в баре, притащил финскую марку, спутанную видимо с пятаком. Мне монета понравилась, особенно лев на реверсе. До восемнадцати, наверное, собирал, потом бросил. Но, штук сто у меня осталось в коробке из-под электрического чайника, мама иногда их просматривала.

Бабуин ушёл на кухню, громко шаркая по полу, чесал спину. Откуда-то появился Зомби и подошёл ко мне, потёрся о ноги. Тварь здоровая, тёрлась так, что я покачивался. Взял его на руки.

– Зомби жрать хочет, – заключил Бабуин.

Я занёс кота на кухню и кинул в кресло.

– Корм в шкафу, – напомнил он, Бабуин, в смысле, не кот.

Пока Замби ел, а я сидёл на стуле, Бабуин жарил яичницу и говорил:

– Мне Ленка снилась, – он бросил на меня взгляд, чтобы понять по моему выражению лица, вспомнил ли я кто такая Ленка.

Конечно, я помнил.

– Ты, наконец-то понял, что любишь её? – спросил я.

– Да, нет, у меня просто жёсткий стояк был. Надо, как-то пригласить её в гости.

Он раскидал уродливую липкую яичницу с сосисками по тарелкам, положил на стол.

Затем засыпал в чашки три в одном и залил кипятком. Повар из него никудышный.

Ленка когда-то была его девушкой. Не думаю, что Бабуин её любил, и я тоже её не любил, а вот Ирке она нравилась. Природа наградила Ленку божественными формами и, конечно, Бабуин встречался с ней ради секса. Он говорил, что у неё талант в этом деле. А вот в остальном, она была особой заурядной и даже скучной.