Завтра. Гром завтра. Солнечный восход завтра. Долгая дорога в завтра

 – Но, конечно, вы не будете участвовать в боях и…

– Мы будем участвовать в боях! – горячо сказала Мэрили. – Нас слишком мало, даже если считать зверей-людей. Нэт получил их обещание помогать нам. Все Девочки умеют так же неслышно пробираться по лесу, как Мальчики, все владеют луком и ножом не хуже любого мальчика.

Мы работали с Мальчиками, играли с ними, и наше право умереть с ними, Дикар. – Она повернулась к нему. – Только попробуй сказать, что мы не имеем на это права!

Ее глаза сверкнули.

– Это ваше право, – серьезно ответил Дикар.

 – Не могу этого отрицать. Девочки Группы будут учитываться в наших планах, как и Мальчики. Но я только что кое о чем подумал.

Начиная искать меня и Уоштона, азиафриканцы могут догадаться, что наше убежище на Горе, и послать самолеты. Я хочу, чтобы ты немедленно передала Группе: все должны весь день вести себя так, словно услышали сигнал «Берегись самолета».

Никого не должно быть на Поляне, и на ней не должно лежать ничего, что говорило бы о присутствии людей на Горе.

Сегодня не разжигать костров. Не рубить деревья. Иди быстрей и проследи, чтобы эти правила исполнялись.

Мэрили торопливо ушла выполнять его приказ, и Дикару показалось, что вместе с ней из дома ушел свет.

– Вероятно, это последний приказ, который я отдал как Босс Группы, – вздохнул он, глядя ей вслед. – Потому что, Норманфентон, когда мы сегодня уйдем с Горы, Боссом нас всех будешь ты.

Жилистая рука рослого печального человека мягко легла на плечо Дикара.

– Да позволит Господь, – сказал он серьезно, – чтобы, когда я закончу выполнять задачу, возложенную Им на меня, я ты так же заслужил Его слова: «Хорошая работа, мой верный слуга», как заслужил сегодня ты, выполнив свою.

В комнате на мгновение наступила тишина. Костлявая серая рука сильно сжала плечо Дикара и разжалась, и Норманфентон повернулся к Уолту, который кончил чертить карту и стоял в ожидании.

– Ну? – спросил Норманфентон.

Руки Уолта сжали край стола, но ответил Нэт, голос его звучал хрипло, как крик вороны.

– Ничего хорошего. С их расположением, с часовыми и пулеметными гнездами, нам не взять это место.

– Верно, – согласился Уолт. – Если этот человек говорит правду, армия, обладающая современным вооружением, могла бы взять крепость после долгой осады, но наша попытка будет чистым самоубийством.

– Для нас самое разумное, – сказал Джондоусон, его серое лицо стало безжизненным, – бежать с Горы и попытаться отыскать другое убежище.