История Млечного пути

Понятие серьезности для него заключалось несколько в ином значении, чем для человека знакомого с медициной. Если он ходит, может говорить, слышит и видит, а сосуд в его голове, может быть и может лопнуть, но ведь не лопнул… Он, может уже лет пять так может каждый день лопнуть и, еще так лет пять будет мочь! Поэтому, услышав слово «может», Грек расслабился и собрался уходить. У него были сейчас и другие, более важные дела, чем позволить кому-то, пусть и другу, ковыряться в его мозгах. Может потом. Позже. После полета, старт которого назначен уже через сорок часов.

А может и еще позже.

– Могу. – Альберт пожал плечами. – Проведем минимальный курс диагностики, подготовим тебя и, примерно через неделю, можно будет прооперировать. Всего-то нужно удалить аномальную часть и заменить на новую, выращенную из твоих стволовых клеток. Биоматериал у меня есть, так что я пока передам его генетикам, чтобы они…

– Хорошо. – Маер порылся зачем-то в карманах, ничего не нашел и подошел к своему врачу. – Послезавтра я улетаю.

 – Пришлось сильно напрячь взгляд, чтобы увидеть лицо друга, побочное действие сканера все еще действовало на глаза. – Через шесть месяцев, как вернусь, тогда и сделаешь. – Он протянул ему руку ладонью вверх.

На самом деле он прекрасно знал, что этот полет продлится совсем не шесть месяцев. Это будет совершенно другой полет. Не похожий на любой другой. Это будет даже не полет к Урану или Нептуну, куда в принципе никто не летает из-за ненадобности, это будет что-то новое, интригующее и с совершенно иным гонораром.

А предварительные сроки выполнения работ установлены не шесть, а на минимум двадцать четыре месяца. И этот срок может быть пролонгирован при необходимости. Но об этом он предпочел не говорить врачу. Переживет. И врач переживет без возможности поковыряться в голове у пациента и Грек Маер переживет, уж как-нибудь, эти два года с сосудом, который может в любой момент сломаться окончательно, но пока не сломался.

– Грек! Подожди…

Но грек только поманил пальцами, требуя то, зачем собственно, сюда и явился.

– Ты не понимаешь? – Альберт замотал головой и, сказанное им было и не вопросом и не утверждением. – Тебе нельзя лететь!

– Да иди ты, знаешь куда! А тебе нельзя лечить! – Он снова поманил пальцами. – Подпишешь, или мне к другому врачу пойти?

– С таким кровавым пузырем в мозгу, тебе не один врач не даст положительный допуск! – Альберт развел руками. – Тебя любая перегрузка убить может!

– Даст. Еще как даст.