Отрада. Заметки жизнелюба

Горожане знают о двух колоритных, в кипах, с длинными седыми бородами, братьях-близнецах, с гордым видом разруливающих по дорогам на допотопном, времён британского мандата, мотороллере с коляской.

Само собой, таким раритетам на дороге от современных водил – всеобщий респект и уважение.

Однажды, аккурат на моих глазах, на оживлённой улице надломился, видно от старости, крепёж той диковинной люльки к мотороллеру…

Люлька с сидящим в ней всегда невозмутимым одним дедом проскрежетала надломленной железякой по бетону и, отделившись от мотороллера, описала дугу и благополучно остановилась по ходу на встречной полосе.

Второй дед, слегка вильнув, проехал еще пару десятков метров.

Картина маслом: подкатывает волна машин с ближайшего светофора, и все, в оторопении, тормозят… На левой полосе, по ходу их движения, стоит люлька с бородатым дедом, но без мотороллера…

Дед улыбается, что-то бормочет, Бога, наверное, своего благодарит… Десятка два водил хохочут, без внимания на пробку…

Хочу самогонку

Попалась на глаза заметка, где молодая мама смущённо поведала, как её опозорила горячо любимая доча.

В супермаркете прилюдно, громко и жалобно попросила купить ей… хлебушка… Дитёнок, что с неё взять. Запах свежего хлеба, скорее всего, соблазнил. По словам мамы, эффект был как будто ребёнка пару дней вообще не кормили. Доброхоты могли и поспособствовать, народ наш жалостливый…

А я вспомнил сходный рассказ друга в Беларуси. У того наследник на весь магазин вдруг заорал: «Хочу самогонку!» Магазин напряжённо замер…

Молодой папа, говорит, долго и смущённо всем объяснял, что наследник так прозвал машинки с инерционным движителем.

Раскрутишь, и она сама едет…

Ситуацию заземлил солидный, усатый полешук, громко пробурчав, проходя мимо: «Ну, ты хоть дома-то налей мальцу…»

К сожалению, судьба нас развела, но я всё туда порываюсь, в том числе и чтобы выяснить, а не специально ли хитрец так завопил, чтобы расколоть батьку уж, наверняка…

Пофигист – это не приговор

Денежные потоки упорно обходили Синдеева стороной.

Настолько упорно, что в его неприметной конторе на неглавной улице, где Синдеев пробовал сидеть с 9 до 17, начальник как-то на корпоративе так и сказал задушевно: «Пофигист ты, однако! Дуй-ка ты куда-нибудь! Карму освежи, чакры прочисть. О вечном подумай. Всё такое… Да, и мы чуточку вздохнём».

Синдеев решительно не понимал, в каком направлении ему «дуть» и что и как там освежать и чистить.