Гена

Гена получил сильный удар в живот, отчего упал и закашлял. – Козёл!

* * *

Гена остался один, в голове шум и сожаление, что не смог помочь Тане. Гена понимает, он трус, над этим и посмеивается брат, и посмеивается уже который год – с самого детства, если быть точным. Но то, что Гена трус – это Костя говорит, а Гена знает другое: он многое может сделать, но не настал ещё тот день, про который отец говорил.

Таня Гене нравилась. Гена даже пару дней назад тайком понюхал её брюки и свитер, которые висели в прихожей на вешалке, и обувь – она почему-то перед дверью в ванную стояла.

Не раз Гена целовал стул, на котором сидела Таня (это было в кухне, тоже пару дней назад).

Теперь Гена Таню больше не увидит, и не услышит. Тани в этой квартире не существует.

Марина, Валя, Лариса, Нина, Оля, Саша, какая-то иностранка Анна, Катя, ещё раз Оля – это девушки, которые точно так же, как и Таня, покидали квартиру. Но из всех Гене нравилась Таня, потому что она не кричала, как остальные, когда Костя за стенкой ублажал свои, непонятные Гене, желания.

Гена даже не может представить, что Костя делает с девушками, которые там кричат и стонут.

– Генка, мать твою, сколько можно звать! – заорал из кухни Костя. Гена понял, лучше прийти и пришёл. – Чего сопли развесил? Чай давай!

Вот такой вот Гене достался старший брат. «Их не выбирают, братья даны для испытания», – говорил отец, когда на Гену приходилась основная доля Костиного негодования. Ещё отец советовал жить с братом мирно, «брат же, как никак».

«Костя страшный человек, боюсь за вас» – а это отец сказал перед своей сметью.

– Ты больной? Чай спрашиваю где?

– Сам наливай! – буркнул Гена и убежал с кухни. За ним сорвался Костя, догнал, и Гена был избит ногами. – Сволочь! Пойдешь на органы, тварь!

* * *

По женскому голосу Гена понял, Костя привёл в дом другую девушку, и не Таня это (у Тани голос, словно песенку поёт, а новая девушка говорит низким голосом). Гена сразу представил цвет её волос – тёмный и почему-то должны быть длинными.

Гена прислушался, новая девушка и Костя говорили про еду, вино или водку. Костя сказал, чтобы Лена («Теперь Лена, надо запомнить», – отметил Гена) шла сначала в душ, потом на кухню.

В коридоре начались шебуршания пакетов, какая-то возня и чавканье. Гена понял – целуются. Потом сильный шлепок и дверь в ванную закрылась.

– Чтоб ни слова! Понял, урод? Сиди тихо! – открыв дверь, прошептал сквозь зубы Костя.