Кот под луной. Tempore apparatus

Может, попроще чего? – я действительно почувствовал себя неудобно – ну, не юбилей же какой…

– Тебя форма смущает? Давай лучше оценим содержание, ибо форма обманчива и может скрывать многие сущности! – отреагировал Петрович, выдёргивая пробку и наполняя стопки.

– Ну, со свиданием тогда!

Чокнулись, и я неприлично опрокинул в себя напиток, как будто не знал, что с «Мартелем» так не обращаются. На самом-то деле, я не любитель коньяка и излишнего расширения сосудов, поэтому даже обрадовался, что выпитое коньяком явно не было, а было чем – то другим, приятным, отзывающимся мгновенным теплом в пищеводе, крепким, мягким и с ароматной фруктовой ноткой.

Сразу закусывать не хотелось, я свернул трубочкой тонкий влажный ломтик сыра и, не торопясь, положил его на язык, чтобы терпкий горьковатый сырный вкус смешался с остатками фруктового аромата.

Помолчали, прислушиваясь к наступающей лёгкости, стирающей впечатления уходящего дня и неуловимо меняющей контуры окружающего мира.

– И как тебе?

– Здорово. Это что?

– Ха! Нам, кандидатам в доктора, свойственен научный подход даже к древнему искусству винокурения. Тем более, падалицу жалко – и она есть творение Божье… Видишь, как бывает. Несбывшиеся ожидания не всегда приводят к разочарованию… За завтрашнее самочувствие, кстати, не опасайся.

– Ну, вы маг!

– Давай, горяченького – и, без длинной паузы, ещё по одной…

Добавляя по чуть-чуть, на намеченном пути в промежуточную нирвану, и исполняя сладкий ритуал разговора ни о чём – с длинными паузами, украшенными щебетом птицы, спрятавшейся в ветвях сада, или шелестом листвы, разбуженной порывом ветра – мы, как парусник, вплыли в густые сумерки.

Петрович, хмыкнув «– краёв не видно!», щёлкнул выключателем фонаря, и яркий синеватый свет мгновенно заключил нас в тесную комнату со стенами из мрака, в котором колыхались странные тени.

Мне стало немного тревожно, и, чтобы прервать затянувшуюся паузу, я спросил:

– К нам в командировку не собираетесь?

– Вряд ли.

Я от космической связи далеко ушёл. Кардинально.

– Да ладно! – ляпнул я в пьяном возбуждении, – как нам изменять, так всё просто получилось! Найдите повод – и в командировочку, а мы уж встретим. Вас хорошо вспоминают!

– Всё не просто, Владик, всё непросто… Последние пятнадцать лет я занимаюсь… Ладно. Подводной связью на сверхдлинных волнах.