Джон Арин. Проклятая земля

За столом ему якобы по случайности досталось почётное место рядом с младшей Роллен, однако к большому разочарованию Эшли, на её дочь он не обращал ни малейшего внимания, зато изредка, но с любопытством поглядывал на Джона, занявшего место в самом краю стола.

Его внимание привлекло крепкое телосложение мальчика, закалённое многими годами физической работы, его молчаливость и более всего, единственное сказанное им за весь вечер предложение. Все остальные болтали без умолку – кто о блюдах на столе, кто о том, что их сыновья тренируются день и ночь, чтобы стать кадетами.

И вот, когда Рон Роллен с гордостью, будто это его личная заслуга, стал подолгу глагольствовать по поводу недавних новостей о том, что солдаты отбили целых два километра территории на поле боя, Джон выпалил:

– Но это заслуга солдат, господин Рон, не ваша.

Воцарилась тишина. Такое хамство в светском обществе поразило всех присутствующих. И у всех, кроме Стэнли Рида, были напуганные лица.

Что касалось Рона Роллена, он с трудом сдерживал приступ гнева и был в шаге от того, чтобы на глазах у всех хлестнуть своего воспитанника по затылку.

Задела его не только внезапная дерзость Джона, но и смысл сказанных им слов. Роллен считал, что победу целиком и полностью обеспечивает командование, в котором все до единого принадлежат к сыновьям богачей, а от простых солдат не зависит ровным счётом ничего, и так как он ассоциировал себя со всем высшим светом одновременно, то воспринял слова парня как личное оскорбление.

Усмирить в себе гнев он не смог, и, не желая показывать гостям свою уязвлённость, ответил громкой, горделивой ухмылкой, после чего добавил:

– Ха! Да без хорошего командования все эти солдаты подохли бы при первой же вылазке!

Гости притихли и туловищем приросли к стульям, внимательно наблюдая за надвигающимся конфликтом.

Ситуацию спасла Эшли своим оглушающим смехом и словами:

– Что тут сказать, господа, сын простых рабочих. Мы дали ему образование, а он всё равно болтает ерунду и не умеет себя вести.

Живое доказательство тому, что интеллект и воспитание передаются по крови.

Все присутствующие подхватили заразительный смех хозяйки дома. Все, кроме главнокомандующего кадетского корпуса. Он остался сидеть с тем же грозным выражением лица, но навсегда запомнил Джона, за целый вечер сказавшего всего одно предложение.

Когда все разошлись, Джона Арина ждало суровое наказание.