Халид. Во власти врага

У таких мужчин всегда должен план, запасной и ещё с десяток других. Нельзя столько лет выживать, работая с Цербером, и просто ждать удобного момента, ничего не предпринимая.

Впиваюсь зубами в нижнюю губу, пока не чувствую металлический привкус. Смотрю, как содержимое рассыпается по столу. Туш медленно скатывается на пол, и точно так же рухнуло моё сердце.

Там ничего нет. Я уверена.

Но почему так страшно?

– Детка… – Лука смотрит немного растерянно, приподнимая пачку презервативов. – Я чего-то не понял.

– Это на будущее.

Ну, мы собирались сегодня на ужин к тебе. И я…

Смущаюсь, даже не играя. Привычка таскать с собой защиту была выжжена в крови. Пускай у меня не было отношений и времени на них, лишняя подстраховка никогда не помешает. Да и некий оберег, как с зонтиком. Если возьмешь – ничего точно не будет.

– Сидишь на наркоте? – Халид медленно поднимает пакетик с несколькими таблетками.

– Снотворное. Плохо сплю. Могу сказать название, сравните таблетки.

Хотя, это тоже зависимостью назвать можно.

То, что не могу без снотворного заснуть. Либо с их помощью вырубаюсь на несколько часов, либо просыпаюсь от каждого шороха.

– Адель, ты…

Лука обрывается и я слежу за его взглядом. Все оправдания обрываются.

Между помадой и смятыми купюрами лежит точно такой же жучок, который подбросили Халиду.

Глава 18. Халид

Я кайфую от того, как вскидывается девчонка. Разом бледнеет и смотрит на меня с нескрываемой злобой. Бояться должна, что шпиона разоблачили, а вместо это злится.

Уверен, будь возможность, кинулась бы на меня сейчас. Ни один суицидник на такое не решится, а она может.

Мне нравится ловить её реакцию. Настоящую, откровенную. Там больше ни капли покорности или наивной девчонки, которая жалась к Луке. Маска слетает и остается настоящая Ада. Резкая, скалящаяся.

– Это тоже не твое? – спрашиваю легко, цепляя жучок. Маленький, не сразу заметишь. Легко спрятать и под Цербера копать. – Случайно попало?

– Лука, я не знаю! Правда не знаю.

– Где сумку оставляла? С кем виделась?

– Лука, завали, – обрываю, пока он Аде не подкинул парочку идей. – Я сам буду разбираться с Адель.

– Она моя…

– Твой крот?

Короткий удар, доходчивый и сильный. Чтобы понял, что творит и почему словами разбрасываться нельзя. Помощник вытирает кровь с разбитой губы, но в ответ не бросается. Понимает свой косяк и что придётся за него расплачиваться.

Я предателей не прощаю. Поэтому их почти нет среди людей Цербера.